О модели российской экономики
Дубинин уверен, что даже в условиях некоторой изоляции российской экономики от мировой экономики система остается рыночной. «В условиях проведения специальной военной операции мы можем говорить о тех методах ведения экономической жизни (регулирования и нарастания государственного вмешательства), которые практиковали страны рыночные по своему хозяйству во время Второй мировой войны, например. Конечно, масштаб действий совсем не такой, но аналоги, скорее, надо искать где-нибудь в Великобритании 1939–1945 годов, чем в Советском Союзе», – рассуждает эксперт. В то время Соединенное королевство наращивало госзаказ в военной части, проводила мобилизацию населения с целью подготовки к ведению военных действий и самообороне.
Дубинин полагает, что в текущих условиях российские предприниматели не будут создавать новые инвестиционные проекты. По словам эксперта, в 2022 году в сравнении с 2021 годом инвестиции в российские проекты сократились на 30%.
Об эффективности санкций
Говоря о введении западных санкций против российских компаний, Дубинин подчеркивает, что целью ограничений был краткосрочный системный кризис: «Одним ударом курс доллара взлетит на 120 рублей, а потом полетит на 200 рублей, люди вынесут все из банков, что смогут и успеют, как было в 1998 году. Банковская система закроется, и надо будет создавать опять все сначала». Однако российской экономике удалось адаптироваться к санкциям. Тем не менее, угроза системного кризиса сохраняется и в области федерального бюджета, и в рыночном секторе.
Так, в банковском секторе есть проблемы с накоплением кредитных рисков и ликвидностью. Банки рассчитывают на регуляторные послабления. Банк России уже заявил о планах снять кредитные послабления для корпораций к июню 2023 года и для мелкого бизнеса и физических лиц – к концу года. По мнению эксперта, если СВО не завершится к этому периоду, то появится необходимость перестраивать банковскую систему к новым реалиям. В частности, возможны принудительные сделки слияния и поглощения, которым не будут рады даже масштабирующиеся банки – к ним перейдут активы не в лучшем состоянии.
Дубинин обращает внимание, что только в 21% случаев введение санкций способствует завершению военных действий. Ограничения более эффективно воздействуют на экономику, а не на политику. Экономика начинает фокусироваться на производстве военной продукции и, следовательно, наращивать производство металлических изделий и военной формы. В это же время падает спрос на потребительские товары.
О дефиците федерального бюджета
Министр финансов Антон Силуанов на заседании правительства РФ заявил, что по предварительным подсчетам дефицит федерального бюджета РФ в 2022 году составил 3,3 трлн рублей. Это 2,3% от ВВП. «Было намечено, что в 2023 году будет дефицит совсем маленький – 0,7%, а дальше бюджет станет сбалансирован. И даже военные расходы в 2024 году по бюджету, который принимался, расти не будут. Видимо, тоже считалось, что все закончится. А как иначе не наращивать военные расходы? Ныне принятый федеральный бюджет 29 трлн рублей, он должен оставаться в номинальном выражении одинаковый на все три года, вплоть до 2025 года. С сегодняшних позиций, мне кажется, что это маловероятно», – заключает Дубинин.
Вероятно, произойдет более значительное снижение ВВП, что повлияет на поступление налогов в бюджеты всех уровней. Не исключено и снижение налогов от продажи нефти и нефтепродуктов из-за введенных санкций. Кроме того, цены на нефть могут снизиться из-за падения спроса на фоне возможной рецессии в ЕС и США.
По словам эксперта, для продолжения СВО Россия будет производить дополнительную эмиссию денег. «Просто рыночного баланса мы не дождемся долго – до окончания специальной военной операции точно. Тогда можно будет надеяться на рынок. Но этот баланс в таком рыночном варианте чреват инфляцией, это тоже надо понимать. Это и накачка денег и, с другой стороны, соответственно, подъем зарплат», – поясняет эксперт.
Сколько времени может существовать экономика в таком режиме, сказать сложно. Так, Иран уже больше 20 лет живет с подобной экономической системой, которая в результате привела к архаизации. В частности, в стране функционируют машины без подушек безопасности, самолеты, не соответствующие мировым экологическим стандартам, произошло значительное сокращение предложения товаров на внутреннем рынке.
О курсе рубля
Курс зависит от нескольких факторов. Первый – состояния платежного баланса, который складывается из торгового баланса и движения капитала. Сегодня в России нет свободного движения капитала. Второй фактор – соотношение экспорта и импорта. «Вполне возможно, что в результате ограничений, связанных с нефтяным экспортом, может оказаться приток денег в иностранной валюте. Продажи этих средств на Мосбирже будут более ограниченные, соответственно, скорее всего, тренд будет на понижение курса рубля», – прогнозирует Дубинин. Курс в диапазоне 70–80 рублей за доллар эксперт считает приемлемым и комфортным для федерального бюджета.
Пауэлл: «ФРС должна придерживаться заданного курса и не уходить в погоню за мнимыми социальными выгодами»
Председатель Федеральной резервной системы Джером Пауэлл во вторник выступил с первым в этом году публичным обращением, подчеркнув важность независимости центрального банка и свою приверженность решению вопроса рекордной инфляции.
Конечно же, немногие разделяют идею болезненного повышения ставок, которое ФРС вынуждена предпринимать для борьбы с высокими ценами, сказал Пауэлл в ходе дискуссии на мероприятии, организованном центральным банком Швеции, Sveriges Riksbank.