Интервью главы «Лукойла» Вагита Алекперова в рамках ПМЭФ

06.06.2019 15:40

1797

(Рейтер) Глава и крупнейший акционер «Лукойла» Вагит Алекперов дал интервью Reuters в рамках Санкт-Петербургского международного экономического форума.

Про добычу

Пока мы нацелены на то, чтобы стабилизировать добычу нефти на уровне 85-86 миллионов тонн. Из них около 4 миллионов тонн нефти за пределами РФ и 35 миллиардов кубометров газа. Стабильная добыча гарантирована тем, что мы нацелены каждый год наращивать объемы запасов, ориентируясь на эту добычу. У нас есть потенциал роста добычи в РФ - на Каспии, но мы привержены соглашению ОПЕК+, оно стабилизировало цены.

Соглашение ОПЕК+

Эффект этого соглашения – с рынка ушли спекулянты. Сегодня благодаря соглашению цена (на нефть) – $60-70 за баррель. Это говорит о том, что на рынке нефти стало неинтересно работать спекулянтам. Соглашение – это благо и для потребителей, и для производителей, потому что мы чувствуем уверенность, что цена будет в этом коридоре.

(Нужно ли продлевать сделку?) Самое главное, что нельзя прекращать это сотрудничество. Объемы сокращения добычи могут колебаться: при высоких ценах они могут увеличиваться, при низких – сокращаться. Этот ценовой коридор комфортен для российских производителей, но мы сегодня находимся на нижней границе этого диапазона и, конечно, хотелось бы, чтобы цена была ближе к верхней планке.

Читайте: Сколько зарабатывает трейдер и можно ли прожить только на инвестиции

(Глава РФПИ Кирилл Дмитриев сказал в интервью «Коммерсанту», что сделка может быть не продлена). Я бы так категорически не говорил… США является крупнейшим импортером нефти, они не присутствуют на глобальном рынке (как продавец), они покупают 50% нефти в мире. То, что они сокращают приобретения с внешнего рынка – конечно (влияет на рынок). Но за последние годы, кроме Эриду, не было открытий – и мы (мир) производим более 100 млн баррелей в сутки.

Мы еще не компенсировали те инвестиции, которые прекратили при критической цене на нефть. Есть ситуация с Венесуэлой, где потребуется большое количество времени для восстановления добычи нефти, есть проблемы с Ираном… Поэтому сегодня… нельзя рисковать, надо быть очень сдержанными в нашей отрасли, чтобы удерживать средний уровень за счет отношений, которые странами ОПЕК и не входящими в ОПЕК. Я считаю, что сегодня (снижение Россией в рамках ОПЕК+) уровень 228.000 баррелей в сутки – достаточно небольшой объем, и мы увидели, какой эффект мы получили. Поэтому, я буду предлагать сохранение сделки и реагировать на те запасы, которые формируются, за исключением территории Ирана.

(Сохранить на уровне 228 000 баррелей в сутки до конца года?) Да, но ориентироваться на остатки, кроме Ирана. Иран работает на резервуары и танкеры, эти запасы учитывать нельзя.

Загрязнение нефти

«Лукойл» не получал претензий от покупателей в связи с загрязнением. У нас есть договоренность с компанией MOL, мы пострадали только на направлении Венгрии – это объем около 100 000 тонн. Мы договорились, разместили эту нефть в резервуарах, часть нефти приняли на НПЗ в Нижнем Новгороде по просьбе «Транснефти» и я благодарен компании MOL, что и они приняли часть нефти в свои резервуары.

Пока мы не оценивали ущерб, но я знаю, что «Транснефть» дала гарантию, что она компенсирует все потери, которые понесут нефтяные компании. Но я считаю, тут не должна учитываться упущенная выгода, только прямые потери, которые требуются на восстановление оборудования, если оно было испорчено. Только то, что имеет прямолинейное значение. Потому что упущенная выгода – это понятие очень абстрактное.

Меня постоянно спрашивают – если ли имиджевые потери? Я считаю, их нет – это чрезвычайная ситуация. Никто в мире не делает ежесуточные анализы на хлорорганику. Следственные органы разбираются, как она попала туда.

Схема компенсаций для клиентов

Должна быть прямолинейная скидка – скидка на баррель.

(Total говорила, что в их ситуации справедливой будет скидка примерно $15 за баррель, это много?) Я считаю, что вокруг этой цифры где-то и будет, но не выше.

Читайте: Топ-10 акций компаний с лучшей динамикой в этом году

(Попала ли загрязненная нефть из Новороссийска на ваш завод на Сицилии?). Даже если… мы не почувствовали этого, если загрязнение в пределах допустимого, то это не чувствуется. Что касается MOL, так он взял часть в резервуары, а часть выдавили в «Транснефть», мы взяли из этой части (на «Лукойл-Нижегороднефтеоргсинтез»). Напрямую мы не пострадали, но тут длительный процесс, как эту нефть подготавливать для дальнейшей переработки, это будет длительный процесс.

Buyback

Следующий buyback мы не анализировали пока, потому что мы должны закрыть то, что мы сейчас делаем (на сумму $3 млрд). Мы проанализируем рынок, с нашими консультантами посоветуемся. Я думаю, что те же консультанты и останутся, они эффективно сработали, это Citibank. Даже примерной суммы и срока пока нет, мы не знаем, какая будет цена наших акций после сентября.

Дивиденды

Мы проанализируем ситуацию после завершения первого buyback: эффект на наших акционеров как и от buyback, так и от дивидендной политики. Но я считаю, что мы ежегодно, как и обещали, будем увеличивать дивиденды.

FCF/M&A

Сложно сказать, какие приобретения еще будут. Мы подали документы в республику Конго на приобретение, с Абу-Даби ведем достаточно активные переговоры. На приобретение пойдут от $2-3 млрд... (активы) консервативные, действующие и имеющие перспективы роста. Эти приобретения в основном за рубежом. В Абу-Даби это газ и конденсат, где оператором будет итальянская Eni.

Продажа НПЗ в Европе

Мы и не говорили об НПЗ, мы говорили о нашем розничном бизнесе. Но в России мы эти процессы остановили по той причине, что на розничном рынке РФ – достаточно напряженная ситуация, и мы часть социальной нагрузки взяли на себя. В этой ситуации продавать розницу нецелесообразно.

Сотрудничество с Socar

Нет (не планируем покупать Socar). Мы осуждаем с ними проекты – например, Умид-Бабек на шельфе Каспия Азербайджана. Это газоконденсатные месторождения, потенциал у этих активов большой – более 200 млрд (запасов). Мы работаем только на уровне активов, мы являемся крупными поставщиками нефти и полуфабрикатов на их завод в Турции (завод Star).

Казмунйгаз

Завтра будем подписывать с «Казмунайгазом» основные принципы по блоку I-P-2 на Каспии – большой и перспективный блок. Мы как никакая другая компания хорошо понимаем геологию Каспия. Мы заинтересованы в расширении нашего присутствия на Каспии.

Ирак

Добыча (на Западной Курне-2) в Ираке – 430 000-440 000 баррелей в сутки сейчас. Мы не чувствуем в Ираке влияния сделки ОПЕК+ на нас. Правительство Ирака контролирует сделку за счет той добычи, которую контролирует правительство.

Читайте: Роман Горюнов о новых инструментах на Санкт Петербургской бирже

План по добыче в 800 000 баррелей в сутки в 2025 году сохраняется. Мы уже приступили к переговорам по (проекту) Эриду – это уникальное открытие, крупнейшие за последние 20 лет на глобальном рынке…. Мы уже начинаем обсуждать с иракской стороной начало pre-FEED. Мы не думаем, что Ирак согласует большой уровень добычи в проекте разработки с учетом отношений Ирака и ОПЕК. 

Мы ориентируемся примерно на 300 000 (баррелей в сутки). С точки зрения безопасности мы себя достаточно комфортно чувствуем – да, бывают какие-то эксцессы, но у нас не было ни одного похищения или несчастного случая, связанного с внешней угрозой (в Ираке).

Акционерный капитал

Я не продаю (акции). У меня около 30% в компании, у Леонида Арнольдовича (Федуна) – около 10%. Приемники формируются изнутри компании. Есть ряд людей, которые сегодня сформированы как руководители, которые работают на различных должностях – надо, конечно, готовить человека.

(Сколько вы сами планируете работать в «Лукойле»?) Моя личность связана со стабильностью (компании), которую я могу обеспечить на территории РФ. 

(Редактор Мария Грабарь)