Американская ФРС, будучи крупнейшим эмиссионным центром в стране, лидирующей по количеству заболеваний COVID-19, нарастила баланс c $4 трлн. почти до $7 трлн за считанные недели, однако курс доллара не упал в одночасье в пропасть, и вряд ли там окажется в ближайшем будущем.
Еще в марте Федрезерв опустил ставку по федеральным фондам до 0–0,25%. По словам самих чиновников ФРС, ниже просто некуда, хотя коллеги из ЕЦБ и Банка Японии практикуют и отрицательные ставки. Он также объявил полномасштабное количественное смягчение, то есть выкуп гособлигаций и ипотечных бумаг в неограниченном масштабе, и обнулил резервные требования для банков.
Даже после банкротства Lehman Brothers в 2008 году и обрушения ипотечного рынка, дисконтная ставка не была на столь низком уровне – 0,25% – который установлен теперь. По дисконтной ставке банки напрямую могут обращаться к регулятору за кредитными средствами. После снижения ставок до нуля и запуска QE, ФРС объявила несколько целевых программ предоставления ликвидности.
По одной из них ФРС обязалась представлять доллары под залог не только привычных надежных долговых инструментов, но и корпоративных облигаций, и даже акций. ФРС реанимировала программу TALF, которая во время Великой рецессии помогла разморозить кредитные рынки и стабилизировать экономику.
Наконец, ФРС взялась и за корпоративный долг. Были созданы два фонда, которые финансируют покупку облигаций и ETF на облигации.
За это время индекс доллара, отражающий его динамику против шести валют – евро, швейцарского франка, фунта стерлингов, йены и шведской кроны, не только не упал, но даже немного вырос. Рынок акций за два месяца от мартовских минимумов вырос на 35% по индексу S&P 500. Стимулирующие программы оказали очевидное позитивные влияние на цены активов, но не привели к снижению курса доллара.
Отчасти такая ситуация объясняется тем, что на той стороне также проводили стимулирующие действия. ЕЦБ, Банк Японии и другие также вводили меры по поддержке бизнеса и экономики. Проще говоря, печатали все. Общую картину действий центробанков в некоторой степени отражает динамика цен на золото, которое подорожало с $1550 до $1750, несмотря на все проблемы со спросом на ювелирное золото на фоне пандемии.
Тем не менее, расширение баланса ФРС в 2020 году идет куда более быстрыми темпами, чем в Европе или Японии и это на среднесрочном горизонте кажется определенным драйвером для ослабления американца. Но опять, же в противовес ЕЦБ и Банку Японии, у ФРС все же положительные ставки, и это стоит иметь ввиду.
Белый дом призывает ФРС к дальнейшему смягчению политики и введению отрицательных ставок, но в своих последних комментариях глава регулятора Джером Пауэлл отверг эту возможность. По его словам, лимитов по расширению программ кредитования нет, однако ФРС не готова использовать отрицательные ставки, так как они вносят искажения в финансовую систему, что компенсирует позитивный эффект.
Пауэлл не беспокоится относительно роста госдолга столь быстрыми темпами, из-за программ Конгресса по предоставлению помощи бизнесу и населению. «Доллар является мировой резервной валютой. И у нас есть возможность брать кредиты по низким ставкам. У нас есть возможность обслуживать долг. И я бы сказал, что сейчас время, когда мы можем использовать подобные возможности», – заявил глава Федрезерва. Сила доллара проявляется в кризисные времена в том плане, что долги номинированы в долларах не только у американских компаний.
Когда поток поступлений в национальной валюте иссякает вследствие кризисных явлений, спрос на доллары естественным образом растет.
Сыграют ли злую шутку с США печатный станок и раздутый госдолг
На момент написания этой статьи государственный долг Соединенных Штатов составлял $19,3 трлн.
Страна задолжала еще $5,9 трлн своим собственным учреждениям. В совокупности эти цифры составляют государственный долг в размере $25,2 трлн. Так как большое количество расходов на борьбу с коронавирусом еще впереди, 2020 год в итоге окажется одним из самых дорогих в истории США.