Сергей Лялин
Всем добрый вечер! Я Сергей Лялин, основатель и директор Cbonds, и мы продолжаем серию эфиров от Cbonds по четвергам в 16:30.
Сегодня у нас в некотором смысле новый жанр. Жанр такой беседы, которую мы назвали «В гостях у Cbonds», и суть этой беседы – побеседовать с кем-то из интересных, значимых важных для российского финансового рынка людей.
Мы сознательно ушли от слова интервью, потому что интервью предполагает в некотором смысле большую дистанцию и какой-то, возможно, больший формализм. В данном случае мы с Романом Горюновым довольно давно и хорошо знакомы, и самый правильный формат, наверное, именно как раз-таки беседа.
Романа, в общем-то, с одной стороны, наверное, не надо представлять. Он человек очень известный, и известен он, ну, по крайне мере, для меня, прежде всего двумя своими основными достижениями. Этого человека, наверное, в полной мере можно назвать отцом-основателем российского срочного рынка, который он сначала развивал на фондовой бирже Санкт-Петербург, а затем это стало частью фондовой биржи РТС.
Затем, после того как биржа РТС и Московская биржа были объединены, Роман одно время был заместителем руководителя объединенной биржи, и с 2012 года он является президентом некоммерческого партнерства РТС. Наверное, главным достижением на этом его посту было создание торговой системы под названием Санкт-Петербургская биржа, которая стала центром ликвидности в иностранных ценных бумагах, прежде всего американских акциях, для российских инвесторов. Это, в общем-то, в значительной степени некое уникальное достижение.
Ну вот, соответственно, прежде всего о Санкт-Петербургской бирже и вообще о взгляде Романа на текущую ситуацию мы сейчас с ним и поговорим. Я попрошу тогда Романа сейчас присоединиться ко мне в эфире. Роман, добрый вечер!
Роман Горюнов
Привет!
Сергей Лялин
Судя по картинке, ты уже за городом.
Роман Горюнов
Я уже долго за городом, в самоизоляции.
Сергей Лялин
Ну давай тогда с самоизоляции и начнем. Расскажи вообще, как вот на фоне всей этой пандемии, карантина и так далее у вас рабочий процесс построен. То есть вы на удаленке, вы в офисе, частично, полностью? Насколько вот, на твой взгляд, эффективность от этого страдает или, наоборот, она только повышается?
Роман Горюнов
Ну, мне кажется, такие стратегические выводы делать рано, относительно того, как на удаленке работать. Понятно, что случился пожар, который нужно было затушить и обеспечить непрерывность бизнеса. И, наверное, месяц заняло устаканивание всех процессов. У нас где-то порядка 20-25% людей все равно несмотря на максимальную работу на удаленке вынуждены работать в офисе для обеспечения непрерывности как торговых, учетных, отчетных, всех систем. Соответственно, остальные работают на удаленке.
Мы посмотрим, как дальше будет развиваться ситуация. Пока мы не торопимся всех обратно возвращать в офис. Все-таки для нас самое главное, безусловно, поддержание работоспособности системы, развития тех проектов, которые мы делаем, но, с другой стороны, здоровье людей очень важно.
Я пока не очень понимаю, как снятие всех карантинных мер при том количестве заболевших, которые мы видим, вообще отразится на дальнейшей эпидемиологической ситуации, поэтому мы не рискуем и людей будем очень постепенно возвращать в офис.
Сергей Лялин
Ну да, я с тобой в этом плане полностью согласен. У нас, кстати, примерно такая же позиция. Я сам в основном в офисе, но большая часть у нас на удаленке. В некотором смысле у нас похожие бизнесы, потому что в моем представлении современная биржа – это, прежде всего, IT-компания. Соответственно, для вас, прежде всего, важно обеспечить непрерывность ваших IT-функций.
Роман Горюнов
У тебя лицензии центрального банка нет, а у нас их несколько, поэтому мы чуть-чуть отличаемся.
Сергей Лялин
Да, согласен. В этом плане нам существенно проще. То есть вы – IT-компания с лицензией от ЦБ. Роман, вопрос, который, на самом деле, я знаю, но, возможно, все-таки слушателем будет интересно.
Ваш основной на данный момент флагманский проект – это Санкт-Петербургская биржа. В названии биржи слово Санкт-Петербургская, оно вот просто в некотором смысле в пику Московской, что ну раз есть Московская, то должна быть Санкт-Петербургская, или все-таки у вас действительно какая-то часть аппаратного обеспечения, людей, физически находятся в Петербурге?
Роман Горюнов
Нет, все находятся в Москве. Название сохранилось историческое, собственно говоря. Мы когда начинали проект, нужна была биржевая лицензия. Соответственно, мы купили Санкт-Петербургскую биржу, но заниматься ребрендингом смысла не было. Все-таки надо сначала бизнес построить, а потом думать про ребрендинг. Поэтому исторически оно сохранилась, но все основные функции в Москве находятся.
Сергей Лялин
Понятно. Ну, наверное, будет правильно, если ты расскажешь в цифрах, что на данный момент представляет биржа, сколько инструментов, какой оборот, сколько инвесторов и так далее. Сейчас будет несколько слайдов. Сразу предупреждаю, что их будет не очень много. Просто для того, чтобы проиллюстрировать, что на данный момент СПБ биржа из себя представляет.
Роман Горюнов
Да, ну, собственно говоря, наверное, сейчас я даже график покажу. Я как-то буду с конца в начало двигаться по графику. Наверное, вот это самый главный график по объему торгов.
Мы видим, что стремительный рост в последние несколько месяцев мы наблюдаем, и, собственно говоря, в мае мы вышли на средний дневной объем торгов больше $500 млн. В июне у нас было несколько дней торгов выше $1 млрд, и темп, конечно, впечатляющий за последние несколько месяцев как по объему торгов, так и по количеству активных клиентов.
С января фактически в 2,5 раза рост количества активных счетов. Это те, кто делают сделку хотя бы один раз в месяц.
Тысяча триста с лишним бумаг у нас залистингованы. Важный факт, что практически все, то есть 95-97% бумаг, по ним есть сделки, они торгуются, и, собственно говоря, у нас достаточно постоянная динамика допуска новых бумаг, где-то примерно по 100 бумаг в месяц. Отрадный факт, что практически все они сразу начинают торговаться. То есть мы видим, что спрос российских инвесторов на широкий круг инструментов существует и, на самом деле, он до сих пор не удовлетворен.
То есть те возможности инвестиционные, которые дают отдельные корпоративные истории на мировом рынке, в частности, на американском, они пользуются спросом. Мы видим, что, собственно говоря, еще не исчерпан потенциал увеличения количества торгуемых инструментов.
В свое время мы проводили опрос наших участников, тех, кто имеет прямой доступ для клиентов на международные площадки. По их оценкам, российские инвесторы в целом торгуют от трех до пяти-шести тысяч инструментов, поэтому еще потенциал увеличения числа инструментов достаточно большой.
Сергей Лялин
Спасибо! К хорошему привыкаешь, и, условно говоря, я думаю, что вот из указанных 260 тысяч клиентов биржи три четверти людей, вполне возможно, даже не знают о ее существовании. То есть если ты в мобильное приложение Тинькофф или еще какое-то заходишь, чтобы купить акции Apple, Boeing или какой-то американской компании, то реально ты просто не задумываешься о том, что вот это происходит там с помощью инфраструктуры некой Санкт-Петербургской биржи.
Ты получаешь продукт, но для того, чтобы ехать на автомобиле, абсолютно не обязательно знать устройство двигателя внутреннего сгорания. Тем не менее вот как вообще работает сам этот движок, благодаря которому по такому большому списку инструментов можно торговать с высокой ликвидностью, с низкими спредами, торговать по ценам, максимально приближенным к американскому рынку?
Роман Горюнов
Ну, собственно говоря, ноу-хау нашей технологии заключается в том, что мы для участников торгов делаем сервис best execution, который предполагает, что если в течение торгов в Америке цена на американском рынке лучше, чем внутреннем, то мы обеспечиваем execution по ценам оригинального рынка.
Понятно, что мы торгуем значительно больше времени, чем Америка. Мы торгуем и в российское время, и в американское, с 10 до 2 часов ночи. Но вот с 14.30, когда уже премаркет американский начинается, соответственно, мы включаем механизм так называемого руфинга, когда при появлении цен в Америке лучше, чем во внутреннем стакане, соответственно, мы обеспечиваем execution по ценам американского рынка.
Несколько советов от Ларисы Морозовой в сложное время для дивидендных акций
«Дивидендная бабушка» Лариса Морозова поделилась своими наблюдениями на онлайн-конференции «Биржевые рынки» в беседе с генедиректором Derex Викторией Дьяковой.
Дьякова
Лариса Викторовна, добрый день! Многие вас отлично знают, но для тех, кто еще с вами не знаком, скажите пару слов о себе. Как и когда вы и заинтересовались акциями и дивидендами?
Морозова
Улыбаюсь на ваш вопрос. Я пришла в прошлый кризис, в ноябре 2008 года. Все котировки российского рынка тогда лежали просто в руинах, ниже плинтуса. Я увидела возможность для получения хороших дивидендных доходностей. Прибыли компания были хорошими, а котировки были на очень низких уровнях. Могу рассказать один факт, который меня заставляет улыбнуться.
Моя первая покупка была – привилегированные акции Сбербанка по 9,36 рубля. Такие были времена. В этот кризис, к сожалению, таких котировок мы не видели. Такого провала котировок в этот раз не случилось. Будем надеяться, что не случится, но будем надеяться, что и случится. Тогда дивидендные доходности, конечно же, будут более высокими.