30 июня на Московской бирже представители Адвокатского бюро «Линия права» рассказали участникам фондового рынка о ключевых новшествах Гражданского кодекса РФ, вступивших в силу 1 июня 2015 года и касающихся работы с ценными бумагами.
Как утверждает советник Адвокатского бюро Алексей Шмелев, нововведения Гражданского кодекса были практически полностью взяты из английского права. Одно из принципиальных новшеств – введение законодательного регулирования преддоговорной стадии сделки по ценным бумагам, когда ведутся переговоры с инвесторами, потенциальным покупателем или с пулом покупателей ценных бумаг.
В частности, в российское право введены такие понятия, как «добросовестность» и «недобросовестность» применительно к преддоговорной стадии сделки. «Недобросовестность» подразумевает два случая: предоставление контрагентом неполной и недостоверной информации, а также неоправданное прекращение переговоров одним из контрагентов, когда одна из сторон не могла предположить, что потенциальный партнер откажется от дальнейшего взаимодействия. В обоих случаях сторона-нарушитель обязана возместить убытки. Например, если клиент из-за ухода потенциального партнера не успел договориться еще с кем-то и упустил возможность заключить сделку, то сумма, которую он потерял, считается убытком, как и расходы на консультантов, нанятых им для поддержки в ходе переговоров.
Кроме того, на преддоговорной стадии появилось два принципиально новых инструмента (помимо предварительного договора, существовавшего и ранее) – это рамочный договор и соглашение о ведении переговоров. Последнее позволяет сторонам максимально урегулировать преддоговорную стадию: прописать, какие расходы понесут стороны, кто оплачивает консультантов, что имеется в виду под «неоправданным прекращением переговоров», как будут возмещаться убытки и неустойки. Важно понимать, что это соглашение исключительно по поводу ведения переговорной стадии и не включает в себя положения сделки.
«Сейчас получается дуальная история: с одной стороны, закон вводит презумпцию добросовестности переговоров, и получается, что любая ваша mail-переписка может считаться ведением переговоров. Поэтому когда вы ее прекращаете, контрагент может прийти к вам и потребовать возместить убытки – в том числе недобросовестно, изначально на это рассчитывая. Поэтому мы рекомендуем, во-первых, заключать соглашение о ведении переговоров, а во-вторых, делать в вашей переписке дисклеймер о том, что эта она не является ведением переговоров до заключения соглашения о ведении переговоров, чтобы потом не нарваться на претензии от ваших контрагентов», – прокомментировал положение партнер адвокатского бюро Олег Бычков.
Второе новшество регулирования преддоговорной стадии – это рамочный договор, содержащий ключевые условия, которые потом конкретизируются в отдельных соглашениях. Теперь он также прописан в ГК РФ. Как отмечает Алексей Шмелев, эмиссия часто является составляющей более крупной истории – например, реструктуризации задолженности. И подобный формат договора позволяет структурировать всю сделку, частью которой станет, собственно, сама эмиссия.
На стадии сделки также появились принципиально новые инструменты. Первый из них – это так называемые заверения об обстоятельствах, аналог representations в английском праве. Эти инструменты позволяют защитить интересы эмитента, инвестора и прочих участников. «Например, инвестор, заинтересованный в приобретении ценной бумаги, хочет убедиться в финансовой стабильности эмитента, и требует у него заявить о каких-то обстоятельствах, что с ним все хорошо», – комментирует Шмелев. Перечень требований при этом может быть подробным – в том числе, по поводу состояния имущества, наличия активов на балансе и так далее. Эмитент, со своей стороны, может потребовать от инвестора заверить, что тот квалифицирован и соответствует установленным законом требованиям, либо что тот не является иностранным лицом и таковые отсутствуют в составе его бенефициаров. В случае нарушения заверения об обстоятельствах законом предусмотрено возмещение убытков или уплата неустойки, а также расторжение договора.
Еще один новый инструмент, ранее в законодательстве РФ не предусмотренный – это возмещение потерь, аналог английского indemnities. Он часто встречается в международных выпусках, когда андеррайтеры просят возместить потери при определенных условиях. Согласно российскому праву, это независимое обязательство, которое не является ни убытками, ни неустойкой. Это обстоятельства и события, не связанные с нарушением обязательств по соглашению – как правило, либо претензии от третьих лиц, либо потери, связанные с невозможностью выполнить обязательства, но не зависящие от сторон по соглашению. Например, соглашения с андеррайтерами и консультантами, которые не хотят нести риск, связанный со сделкой. При этом любые претензии будут возмещаться эмитентом, а размер возмещения потерь закрепляется в договоре и не подлежит уменьшению судом. Однако до возмещения потеря должна быть зафиксирована как убыток одной из сторон.
Представители бюро также остановились на изменениях законодательства по опционным контрактам. Самое главное достижение – теперь в российском правовом поле появилась возможность прописать условия, поставленные в зависимость от воли сторон. С опционами связаны две статьи в гражданском законодательстве: опцион на заключение договора, в рамках которого выдается безотзывная оферта и впоследствии может возникать акцепт, а также просто опционный договор – соглашение с отложенными условиями для требований или совершения каких-то действий (оплаты или поставки актива и других). Первый тип предполагает два договора (сам опционный договор и оферта с акцептом), а второй – только один. Оба опциона являются возмездными.