Ралли на рынке меди усилилось после того, как трехмесячные фьючерсы на LME впервые поднялись выше $12 тысяч за тонну. Котировки в 2025 году прибавили около 35–37%, это один из самых сильных годовых ростов со времен посткризисного 2009 года. Причем поддержка идет сразу с двух сторон, так как цену поддерживает высокий спрос, а предложение снова выглядит хрупким на фоне перебоев добычи и сбоев в поставках концентрата.
Медь часто называют индикатором мировой экономики, потому что она нужна почти везде. Это стройка и жилье, кабель и электросети, трансформаторы и генерация, промышленное оборудование, электроника и связь, транспорт, включая электромобили, а также возобновляемая энергетика и инфраструктура для дата центров. Когда инвестиции в инфраструктуру и промышленность ускоряются, медь обычно реагирует одной из первых, поэтому за ней следят как за барометром цикла.
В этот раз к классическому спросу добавилась тарифная неопределенность вокруг США. Опасения пошлин меняют торговые потоки и стимулируют закупки впрок, из-за чего металл становится дефицитнее для остального мира. Параллельно переговорная сила добывающих компаний усилилась. Рынок прямо подсветили нулевые тарифы на переработку и рафинирование концентрата на 2026 год, это редкий сигнал о жесткости сырьевой базы.
На горизонте 12 месяцев базовый сценарий для меди - это удержание высоких уровней с повышенной волатильностью. Я бы закладывал коридор в $11–13,5 тыс. за тонну, а ориентир на конец этого периода около $12,5-13 тыс. Потенциал для более заметного скачка котировок вверх откроется, если тарифная тема сохранится и перебои добычи затянутся, плюс спрос со стороны сетей, электромобилей и дата центров не остынет.
Риск снижения стоимости меди связан с замедлением мировой промышленности и возможной нормализацией потоков, но даже в этом случае рынок будет упираться в структурную историю дефицита. Goldman Sachs, например, отдельно подчеркивает, что основной прирост спроса к 2030 году даст энергетическая и сетевая инфраструктура.