Алек Литовиц (на фото), основатель одного из крупнейших и известнейших хедж-фондов, однажды задал инвестиционному комитету простой вопрос: «Как часто срываются сделки по слияниям?» Не получив ответа, основатель компании Magnetar Capital LLC нанял команду аналитиков, чтобы они изучили данные по этой теме за последние тридцать лет. В итоге выяснилось, что срывается обычно около 7% сделок, однако рынок реагирует так, будто значение в два раза больше.
Литовиц счел, что с помощью программного обеспечения на этом выводе, равно как и на тысячи других, можно хорошо заработать. И он задал следующий вопрос: «А что, если мы, используя наши идеи, накопленную историю и данные, сможем построить алгоритмы и вывести закономерности?»
Так, 6 лет назад, Magnetar запустил проект по внедрению алгоритмической торговли, который обошелся фонду в миллиард долларов и принес $13,5 млрд прибыли. Конкуренты были повержены, а его противоречивые операции на ипотечном рынке, сопряженные в кризисный период с высокими рисками, остались в прошлом (о них будет рассказано ниже).
Страж «Цитадели»
Как и дорогие рестораны, хедж-фонды часто предлагают своим клиентам новое «меню», чтобы они возвращались к ним снова и снова, а алгоритмическая торговля в данном случае – «блюдо дня». В последние годы неудовлетворительные результаты индустрии привели к оттоку клиентов, и хедж-фонды сделали упор на систематизированную торговлю. Этот подход кардинально отличался от принципа «отдай деньги и просто верь нам», которым руководствовались фонды ранее.Magnetar работает не как большинство алгоритмических фондов на рынке, которые с высокой скоростью обрабатывают тонны информации в поисках взаимосвязей – даже таких, которые они не могут объяснить. Подход компании Литовица более фундаментальный.
«Сначала мы интуитивно находим идею, а затем смотрим, подкрепляются ли наши догадки фактическими данными. Все остальные действуют строго наоборот. Они собирают данные, а потом ищут объясняющие их закономерности», – объясняет управляющий. Инвесторы и участники рынка отмечают, что на протяжении многих лет Magnetar во главе с Литовицем был образцово-показательным «традиционным» хедж-фондом. Но теперь консерватизм остался в прошлом.
Сейчас Литовиц – пятидесятилетний любитель адреналина, поклонник триатлона и гонок на горном велосипеде по бездорожью. Он был первым, кого Кенет Гриффин нанял для работы в крупнейшем хедж-фонде Citadel LLC, где Литовиц возглавлял отдел арбитража по слияниям. Он заработал для компании такую прибыль, что Гриффин сделал его совладельцем фонда.
Magnetar с капиталом в $1,8 млрд, основанная Литовицем в 2005 году, стала одним из крупнейших хедж-фондов на рынке. Даже по меркам того времени Magnetar взимал высокие комиссии за управление, фактически перекладывая свои расходы на плечи инвесторов. С момента основания только два года в истории фонда были неудачными, когда полученная инвесторами прибыль после выплаты вознаграждения фонду составляла «всего лишь» 5%. Сейчас под управлением фонда рекордная для него сумма активов – порядка $13,7 млрд.
Ипотечный скандал
После кризиса 2007 года Комиссия по ценным бумагам США (SEC) проводила расследование деятельности Magnetar, пытаясь выявить его роль в продаже облигаций, которые привели к миллиардным убыткам клиентов и обвалу на рынке. В 2007 году JPMorgan продал инвесторам бонды Squared, стоимость которых упала сразу после размещения. Активы для обеспечения помогал выбирать фонд Magnetar, собиравшийся играть против этих бондов. В самом фонде все отрицали, и дело было закрыто без предъявления обвинений. Литовиц так комментировал сложившуюся вокруг этого расследования ситуацию: «Это было не лучшее для меня время, однако мы и сами были в этом виноваты, поскольку недостаточно открыто и ясно рассказывали о том, чем мы занимаемся».Когда расследование было завершено, активность фонда переместилась в другие сферы, в том числе в алгоритмическую торговлю. Magnetar тратит десятки миллионов долларов на исследования и внедрение количественных методов инвестирования. В штате компании сейчас 260 человек, и пятая и часть сотрудников работает в квантовом подразделении. Квантовые исследователи фонда нередко дают рекомендации, которые противоречат интуитивному подходу. К примеру, они рекомендовали сотрудникам по инвестициям игнорировать традиционные параметры подбора акций, такие как доля акций, принадлежащая топ-менеджерам, поскольку в краткосрочной перспективе эти данные не позволяют спрогнозировать результаты деятельности компании.
Революция
Согласно стандартам отрасли, фонды традиционно берут комиссии в 20% за успех и 2% за управление. Тем не менее недавно Magnetar информировал клиентов, что комиссия за успех не будет взиматься, пока доходность фонда не превысит доходность бенчмарков. Решение Magnetar вызвало резкую критику среди его коллег. «Это не редкость, ведь люди склонны к консерватизму. Но если не идти в ногу со временем и противодействовать изменениям, есть все шансы выйти в тираж», – говорит Томлинсон Хилл, вице-председатель компании Blackstone Group LP, который стал миноритарным акционером Magnetar в 2015 году. Он уверен, что фонд сумеет пережить глобальный кризис хеджевой индустрии.Близкие к фонду люди заявляют, что, хотя об этом и не говорили публично, Magnetar ликвидировал должность руководителя департамента управления активами (в большинстве хедж-фондов это основная фигура). Взамен Magnetar внедрил коллективный метод принятия решений, когда ни один человек не обладает всей полнотой власти.
Руководство Magnetar утверждает, что решение во многом все еще принимает человек, а не торговый алгоритм. Люди, близкие к фонду, рассказывали, что руководитель направления по энергоресурсам Эрик Шеер, столкнувшись с растущими потерями многомиллиардных активов в связи с падением цен на нефть, созвал экстренное совещание топ-менеджмента фонда. Ветеран фонда Снайдерман, проработавший в Magnetar 12 лет, предложил воспользоваться стратегией, когда вновь заключаемые сделки будут или абсолютно безрисковыми, или же сверхрискованными. Это позволило бы фонду заработать на росте нефти, а безрисковые сделки стали бы подушкой безопасности в случае ее дальнейшего падения. И эта стратегия сработала. Согласно отчетам инвесторов, активы, инвестированные в энергоресурсы, показали рост в 23%, и потери были восполнены.
Способность быстро адаптироваться к новым реалиям – залог долгосрочного и успешного существования в отрасли. Неудивительно, что в кабинете Росса Лазера, сооснователя Magnetar, на стене висит африканская поговорка: «Газель должна бежать быстрее, чем самый быстрый лев, иначе она будет съедена».
Источник
Материал подготовлен при поддержке ИК «Норд-Капитал»