Как Банк России стимулирует инфляцию и какими инструментами пользоваться в условиях высокой ключевой ставки рассказал руководитель аналитического отдела ИК «Риком-траст» Олег Абелев.
Олег Абелев рассказал про парадокс Гиффена, противоречащий общепринятому закону спроса, согласно которому при увеличении цен спрос должен снижаться. Эксперт приводит в пример годы неурожая в Англии, когда люди осознавали, что цены на картофель будут расти, и потому активно покупали товар.
Этот парадокс, по мнению эксперта, наблюдается и сегодня: когда Банк России повышает процентные ставки, он также стимулирует рост спроса на кредитные ресурсы. Потенциальные заемщики, понимая, что ставки будут выше в будущем, стремятся взять кредит сейчас. При ставке 21% темпы роста потребительского кредитования с начала года составили 20%.
Каждое новое повышение ставки приводит к тому, что заемщики стремятся воспользоваться кредитами, считает финансист. Ипотечное кредитование по некоторым льготным программам снизилось, однако в целом по стране наблюдается увеличение выданных ипотек. «Остановка в этой череде повышений ставок как раз наоборот должна активно способствовать снижению спроса на заемные средства», – утверждает Абелев. В противном случае, по его мнению, Банк России, стимулируя спрос, создает условия для дальнейшего роста инфляции.
Как уточняет эксперт, ситуация осложняется государственным субсидированием. Если одни категории заемщиков получают кредиты под высокие ставки, а другие – субсидии, это ведет к росту государственных расходов и, как следствие, инфляции.
«Выходов из ситуации два, – рассказывает Абелев. – Первый – прекратить постоянно повышать ставку и объявить о том, что цикл повышения завершен, и второй <> – это имеет отношение к правительству – активно стимулировать предложение». Если предложение не успевает за растущим спросом, инфляция становится неизбежной. Это создает ситуацию, когда Центробанк борется с последствиями, не имея возможности влиять на их причины.
Эффективные инструменты
Рынок акций находится на минимальных значениях за последние 15 лет, а волатильность растет, отмечает Абелев. Банки, несмотря на высокие ставки, продолжают выдавать кредиты, поскольку имеют достаточную ликвидность за счет депозитной базы. Однако компании рискуют столкнуться с трудностями в обслуживании долгов, что делает фондовый рынок менее привлекательным в сравнении с депозитами.
Однако, по мнению эксперта, важно учитывать, что депозитные ставки часто остаются ниже доходности других инвестиционных инструментов. Например, краткосрочные депозиты, хотя и считаются надежными, обеспечивают низкую долгосрочную доходность, не превышающую 14-15% годовых. Некоторые облигации и фонды ликвидности могут предложить значительно более высокие результаты.
Одним из наиболее актуальных инструментов Абелев считает покупку недвижимости. Он подчеркнул, что цены на недвижимость остаются стабильно растущими и не подвержены резким обвалам в любых экономических условиях.
Кроме того, эксперт отметил, что рынок золота также остается актуальным. Он выразил оптимизм относительно дальнейшего роста цен на золото, подчеркивая, что текущие геополитические риски и мягкая денежно-кредитная политика Федеральной резервной системы США способствуют поддержанию интереса к этому металлу. Олег Абелев указал, что для начала серьезной коррекции на рынке золота необходимо, чтобы были соблюдены два условия: завершение глобальных конфликтов и стабилизация ставок в США. По его словам, пока этих условий не наблюдается, золото и сопутствующие ему инвестиционные инструменты остаются востребованными.
Приведет ли высокая ставка ЦБ к волне дефолтов
Как высокая ключевая ставка влияет на рынок, вероятность волны дефолтов и многое другое обсудили с исполнительным директором департамента рынка капиталов ИК «ИВА партнерс» Артемом Тузовым.
Делимся мнением эксперта от первого лица.
Оценивая ситуацию с ключевой ставкой, необходимо смотреть на общий тренд и на долгосрочную политику ЦБ. Если думать только о ставке в 21%, все начинает выглядеть катастрофично, будто мы пришли в новую реальность высокой ключевой ставки. Тем не менее я считаю, что и ставка на уровне 16% оказывала полный эффект на экономику предприятий.