Об эскалации конфликта на Украине и рисках начала ядерной войны рассказал американский политолог Джон Миршаймер в интервью для The Strategist.
Делимся мнением Миршаймера от первого лица.
Трудно сказать, как именно будет выглядеть окончательное урегулирование конфликта на Украине, но русские победят. Учитывая глубокую заинтересованность западных стран в этом конфликте, соблазн пойти на эскалацию, чтобы попытаться спасти ситуацию, будет для них велик. Если вы посмотрите на то, что делает Запад, говоря об использовании ATACMS или Storm Shadow для нанесения ударов вглубь России, а также оцените реакцию России, вы увидите, что мы находимся в очень опасной ситуации. Существует реальная возможность эскалации – речь идет о потенциальном ядерном конфликте.
Волшебной формулы не существует, и тем не менее Запад отчаянно пытается спасти ситуацию. Я думаю, что администрация Байдена определенно не хочет, чтобы до ноябрьских выборов все пошло наперекосяк, но есть реальная возможность, что это произойдет.
Если бы украинцы, американцы и русские были умны, они могли бы заключить сделку – что-то вроде той, которая была в процессе разработки в марте-начале апреля 2022 года. Но, конечно, мы не захотели этого делать – мы, то есть Запад, – и украинцы пошли нам навстречу. Мы прекратили переговоры, и, как вы хорошо знаете, с тех пор баланс сил резко изменился в пользу русских.
Идея о том, что ATACMS или Storm Shadow коренным образом изменят баланс сил на фронте, несбыточная. Этого просто не произойдет. В настоящее время у Украины нет возможности остановить русских. Я также не вижу способа, с помощью которого в течение оставшейся части текущего и 2025 года мы сможем предоставить украинцам достаточно оружия, а они смогут собрать достаточно войск, чтобы удержать линию фронта.
Изменение ядерной доктрины
Важный момент в текущей ситуации – изменение ядерной доктрины России. В старой доктрине говорилось, что русские будут рассматривать возможность применения ядерного оружия, если противник вторгнется с обычными силами и будет угрожать существованию государства.
В новой версии, по сути, речь идет о том, что если Украина запустит ракеты по России, и эти ракеты будут поставлены Западом, то Россия рассмотрит возможность применения ядерного оружия. Это фундаментальное изменение в доктрине.
Говоря о ядерной эскалации, всегда стоит помнить о том, что если мы уничтожим Россию, то Россия уничтожит нас. Мы живем в мире взаимного гарантированного уничтожения. Поэтому неважно, кто нанесет ядерный удар первым, поскольку в таком случае обе стороны будут уничтожены. На самом деле, скорее всего, будет уничтожена вся планета.
Тем не менее я готов поспорить на огромную сумму денег, что если мы дадим украинцам разрешение использовать ATACMS и Storm Shadows для удара по России, и они это сделают, то русские не будут применять ядерное оружие. Я думаю, в таком случае они используют свое обычное оружие, чтобы атаковать некоторые наши объекты, возможно, в Германии или Польше. Суть в том, что для эскалации всегда есть лестница, и разумно начинать с нижней ступени. Вряд ли кто-то захочет начать сразу с применения ядерного оружия.
В случае с Соединенными Штатами и Россией речь идет о двух очень мощных странах, которые до зубов вооружены ядерным оружием. Как будет выглядеть динамика, когда мы начнем подниматься по лестнице эскалации? Никто не знает. У нас нет исторического опыта подобных случаев.
Новая российская ядерная доктрина – это четкая красная линия. Нам лучше относиться к этой красной линии иначе, чем ко всем розовым линиям, существовавшим в прошлом. Я прекрасно понимаю, что произойдет, если мы ввяжемся в глобальную ядерную войну, и не хочу этого ни при каких обстоятельствах. Поэтому на месте западных политиков я бы с большим уважением отнесся к тому, что Путин говорит об использовании ATACMS и Storm Shadows против России.
Проблема в том, что многие люди на Западе просто не верят в то, что существует серьезная угроза применения русскими ядерного оружия. Они думают, что ядерное оружие настолько ужасно, что Россия никогда его не использует, и мы можем надавать русским пощечин, а они просто ничего не сделают.
Антон Прокудин про инфляцию, ставку ЦБ и золото
Политику ЦБ, будущее ключевой ставки, инфляцию и многое другое обсудили с Антоном Прокудиным, главным макроэкономистом УК «Ингосстрах – инвестиции».
Делимся мнением эксперта от первого лица.
Для начала обсудим влияние ключевой ставки на экономику. В плане корпоративного кредитования динамика несколько замедлилась, хотя она не стала такой, какой должна быть с точки зрения целевых значений. Она почти в два раза выше целевых значений, но замедление произошло. Это видно из данных статистики, где в конце 2023 года темпы роста кредитования были почти 2% в месяц, а сейчас они составляют 1,2-1,4%, но это все равно много. По нашим расчетам, значение должно быть ближе к 0,7% в месяц. В этом случае инфляция в 4% станет достижима.
Также стоит подчеркнуть, что инфляция, во-первых, бывает двух типов. Во-вторых, она складывается из набора частей. Есть монетарные факторы инфляции, и ЦБ работает именно с ними. Тем не менее монетарные факторы не очень большие. По нашим расчетам, ЦБ может ускорить или замедлить инфляцию только лишь на процент с небольшим. Учитывая, что сейчас инфляция находится на уровне 9%, а таргет составляет 4%, 5% из инфляции ЦБ своими монетарными усилиями совершенно точно не выбьет.