О потенциальных последствиях политики администрации Дональда Трампа рассказал военный аналитик и автор книг Андрей Мартьянов в интервью Dialogue Works.
Нынешнее экономическое противостояние между США и Китаем многие считают продолжением давнего стремления президента США Дональда Трампа к реиндустриализации Америки. Логика текущей администрации основана на идее, что, отделившись от Китая, Соединенные Штаты смогут восстановить отечественное производство, снизить зависимость от иностранных цепочек поставок и вернуть себе экономический суверенитет.
Однако Андрей Мартьянов считает, что такой подход вряд ли принесет значимые долгосрочные выгоды. Несмотря на то, что некоторые компании действительно могут перенести производство в США, экономика страны остается тесно переплетенной с глобальными производственными системами, в частности, с китайской. Масштабы экономики Китая и эффективность, которую она обеспечивает, свидетельствуют о том, что любая попытка полностью разорвать связи будет сопряжена с непредсказуемыми последствиями.
Более того, американские потребители уже ощущают на себе всю тяжесть торговой политики Трампа, поскольку повышение тарифов напрямую приводит к росту цен на товары повседневного спроса.
«Трамп всегда рассматривал Китай как главного противника Соединенных Штатов. Проблема в том, что его представление о Китае устарело. Если США намеревались бросить Китаю эффективный вызов, они должны были предпринять значимые шаги еще во время первого срока Трампа. Теперь, возможно, уже слишком поздно», – говорит Мартьянов.
Попытки помешать странам БРИКС создать свои собственные финансовые и торговые системы не только не увенчались успехом, но и дали противоположный результат, подчеркнул эксперт. Мир все больше отходит от систем, полностью ориентированных на США.
Россия и Китай vs США
Реакция Китая на последний раунд тарифов со стороны США была быстрой и безапелляционной. В отличие от первого президентского срока Трампа, когда действия Пекина выглядели более осторожным, сейчас китайские власти отвечают на агрессию агрессией. Позиция Китая отражает более глубокую стратегическую уверенность – ощущение того, что баланс сил в мире изменился.
Обретение Китаем уверенности в себе возникло не на пустом месте. По мнению Мартьянова, Поднебесная внимательно следит за тем, как Россия в течение последних нескольких лет выдерживает рекордные санкции, дипломатическую изоляцию и военную конфронтацию с Западом. Несмотря на то, что экономика России значительно меньше, чем у Китая, она сумела справиться с огромным давлением и во многих отношениях стала сильнее.
Стойкость России – показательный урок для Китая. Если Россия смогла пережить столь непростой период, то у Китая, обладающего гораздо более крупной экономикой, более глубокими технологическими возможностями и более диверсифицированной глобальной сетью, есть еще больше возможностей для маневра. Запад, похоже, уже не так силен, как казалось раньше.
Хотя Россия и Китай не называют свое партнерство формальным союзом, на практике их сотрудничество все больше напоминает таковой. Политика Трампа не вбила клин между Москвой и Пекином, а, как ни парадоксально, еще больше сблизила две страны, объясняет Мартьянов.
«Возможно, Трамп также непреднамеренно сблизил Китай и Индию. Его политика не столько разделяет соперников Америки, сколько подталкивает их к более глубокому сотрудничеству. Это как давить на неньютоновскую жидкость – чем сильнее давишь, тем тверже она становится. Именно это и происходит с антиамериканским блоком», – отметил эксперт.
Плачевные последствия
В условиях ослабления военного авторитета и международного доверия Мартьянов считает, что Соединенные Штаты приближаются к критической точке экономического перелома. Надвигающийся финансовый кризис, который может привести к дефолту, больше не является предметом теорий заговора.
Именно этим, полагает Мартьянов, можно объяснить возвращение администрации Трампа к экономической войне. В условиях, когда остается мало реальных вариантов и нет желания вступать в прямую военную конфронтацию с Китаем – особенно ту, которая может перерасти в обмен ядерными ударами, – торговая война становится последней попыткой восстановить стратегический контроль.
Но даже такая стратегия очень рискованна. По мере роста волатильности на рынках увеличивается и вероятность непредвиденных последствий. Вместо того чтобы изолировать своих противников, Вашингтон может оказаться в еще большей изоляции – экономической, дипломатической и идеологической.
«Итак, что же остается Трампу? Он не может начать войну с Китаем из-за Тайваня – ядерная эскалация будет катастрофической, – говорит Мартьянов. – Вместо этого Трамп прибегает к торговой войне и экономическим потрясениям. Все дело в создании нестабильности и попытке сохранить чувство контроля. Вашингтон по-прежнему представляет себя доминирующей военной силой, но на практике у него почти не осталось реальных рычагов влияния».
Экономист Пол Кругман: «Тарифы – отличный способ уничтожить экономическую исключительность США»
Последствия тарифной политики президента США Дональда Трампа, потенциал глобальной экономической перестройки и будущее международной торговли обсудил лауреат Нобелевской премии, экономист Пол Кругман в недавней беседе с журналистами Bloomberg.Кругман выразил серьезную обеспокоенность тем, в каком направлении движутся США, особенно в свете новых тарифов, объявленных президентом Трампом. По словам эксперта, они намного превышают исторические нормы, установленные в ходе прошлых торговых войн, например законом Смута-Хоули 1930 года (законом поднимались ставки пошлин на более чем 20 тысяч импортируемых в США товаров). Проблема в том, что в настоящее время экономика США сейчас гораздо более открыта для международной торговли, чем в 1930-х годах, поэтому существенно сильнее зависит от нее.
Продолжение