Министр финансов Антон Силуанов на ПМЭФ заявил, что российский бюджет может получить около 1 трлн руб. дополнительных доходов из-за ситуации вокруг Ормузского пролива и это поможет выполнить плановые задачи, заложенные в бюджете. Глава Минфина также отметил, что в расчетах на 2026 год его ведомство исходило из цены нефти около $59–60 за баррель, но конъюнктура на этом рынке на текущий момент значительно улучшилась.
Для бюджета это важная, но временная поддержка. Мы на этой неделе уже давали прогноз, что при сохранении геополитической премии в нефти и Brent в зоне $90–100 дополнительные нефтегазовые доходы бюджета могут составить около 1–2 трлн руб. Оценка Силуанова фактически подтверждает нижнюю часть этого нашего диапазона, но ни мы, ни министр наверняка не знаем, когда Ормузский пролив станет полностью открыт для судоходства , а премии в стоимости нефти начнут снижаться.
Здесь важно не переоценивать эффект. Формально 1 трлн руб. дополнительных доходов — это способ закрыть около 26% от планового годового дефицита объемом 3,8 трлн руб. Но по факту бюджет уже ушел далеко выше плана. За январь – апрель его дефицит составил 5,877 трлн руб., то есть уже превысил годовой ориентир более чем на 2 трлн руб. Поэтому дополнительные нефтяные доходы данную проблему не решают, а лишь сокращают уже накопленный кассовый разрыв примерно до 4,9 трлн руб., если не будет новых расходов.
Таким образом, дорогая нефть дает Минфину передышку и снижает потребность в заимствованиях, но не возвращает бюджет в плановую траекторию автоматически. Часть дефицита связана с опережающим финансированием расходов, поэтому во втором полугодии разрыв должен сократиться. Но рассчитывать только на сохранение блокировки Ормузского пролива рискованно, ведь если США и Иран в ближайшие дни договорятся о мире, то премия за риск в ценах на нефть резко сократится, а вопрос жесткого контроля расходов и возврата к более строгому бюджетному правилу останется.