Количество заболеваний и смертей от коронавируса постепенно перестает расти, чего нельзя сказать об ущербе экономике из-за закрытых границ.
Неудивительно, что следующий вопрос становится все более актуальным: неужели мы слишком остро реагируем?
Некоторые экономисты и бизнес-лидеры считают, что затраты на сдерживание вируса чрезмерны. Они указывают на общий уровень безработицы, который не наблюдался со времен Великой депрессии, и приостановку функционирования целых отраслей промышленности, обращая внимание на общие показатели смертности от вируса, сравнимые лишь с количеством летальных исходов в период тяжелого сезона гриппа.
По мере поступления большего количества данных эпидемиологическая траектория вируса становится более ясной, что позволяет нам оценить всю масштабность COVID-19 и то, стоят ли правительственные ограничения цены, которую мы платим.
Результаты серологических исследований показывают, что на данный момент инфицировано около 3% населения США. 1 из 10 зараженных попадает в больницу (по данным Нью-Йорка), и 1 из 200 – умирает. Таким образом, смертность составляет 0,5%, что примерно в 5 раз превышает смертность от гриппа. Экономисты могут использовать эти цифры как часть хладнокровного расчета, который включает в себя экономическую ценность года жизни.
Проанализировав, сколько мы готовы заплатить, чтобы снизить риск смерти – например, сколько мы отдадим за детектор дыма в квартире или подушки безопасности в автомобиле – экономисты определили, какова ценность года жизни в долларах США. Сейчас значение доходит до отметки примерно в $150 тысяч.
Если применить эту меру к возрастному распределению умерших и добавить затраты на лечение инфицированного населения, общая стоимость COVID-19 в США при нынешних ограничениях составляет около $150 млрд. Данная оценка меркнет по сравнению с $2,3 трлн одного только пакета стимулирующих мер. По всей видимости, обеспокоенность сенатора от штата Висконсин Рона Джонсон тем, что «лекарство хуже, чем сама болезнь», вполне обоснована.
Но какой была бы цена, если бы правительства не наложили ограничения и просто позволили вирусу идти своей дорогой? Предположим, если бы не было ограничений, 30% американцев оказались бы в числе зараженных. Тем не менее такое значение по-прежнему намного ниже большинства оценок, включая прогноз губернатора Калифорнии Гэвина Ньюсома о том, что 56% жителей его штата будут заражены.
Применение тех же показателей госпитализации и смертности к более высокому уровню распространенности увеличивает стоимость COVID-19 почти до $3 трлн. И если предположить, что смертность возрастет с 0,5% до 1,5% по мере того, как больницы будут переполняться, стоимость COVID-19 увеличится до $5,6 трлн.
Точно так же, как и пандемия, экономический ущерб не является линейным. Небольшое увеличение показателей распространенности и смертности приводит к резкому росту расходов, которые быстро достигают десятков триллионов долларов.
Учитывая запоздалую реакцию США на вирус, что позволило ему бесконтрольно распространяться в феврале и марте, у правительства не оставалось другого выбора, кроме как ограничить социальное взаимодействие и приостановить деятельность некоторых отраслей. Затраты на то, чтобы не делать этого, скорее всего, оказались бы гораздо выше, чем экономические потери, которые мы несем сейчас. Безусловно, риск катастрофы рос с каждым днем.
Ограничения сработали, так как количество новых случаев и смертей начинает уменьшаться, а дебаты правительства смещаются в сторону поиска надлежащего баланса между дальнейшим смягчением последствий и восстановлением экономики.
Неоднозначное отношение американцев к тому, как действовать дальше, в полной пере проявилось на прошлой неделе. Люди уже долгое время вынуждены проводить все время в четырех стенах, что привело к протестам в нескольких столицах. Тем временем вновь сформированная целевая рабочая группа во главе с руководителями банковских и финансовых служб заявила президенту Трампу, что люди не собираются возвращаться на работу, есть в ресторанах и делать покупки, как раньше, пока тестирование на вирус резко не увеличится.
Когда вирусная угроза будет устранена, многие станут сомневаться в благоразумности масштабных мер, предпринятых правительством. Но стоит помнить, что, когда риск слишком высок, например, в случае глобального потепления или COVID-19, государственная политика должна основываться на наихудших сценариях. Слишком многое поставлено на карту, чтобы действовать иначе.
Стоило ли вводить самоизоляцию в России? Что теперь делать?
До чего коронавирус и карантин с самоизоляцией российскую экономику доведут, рассказал в интервью fomag.ru советник по макроэкономике гендиректора компании «Открытие-брокер» Сергей Хестанов.
Сейчас сложная ситуация в экономике России. Как долго она может продлиться?
Стоит четко разделить проблемы из-за вируса и проблемы, вызванные обвалом нефтяных цен.
Вызванные вирусом проблемы, скорее всего, будут иметь ограниченное влияние. Нефть, вероятно, еще долго не подорожает. Если оглянуться назад, то с 1986 года по начало 2000 года цены оставались очень низкими, что привело к развалу СССР. Продолжительность периода низких цен на углеводороды очень сложно прогнозировать.