Разбирательство в судебном порядке продолжается с осени 2016 года.
Условиями оспоренных договоров, в частности сделки поставочного валютного опциона с барьерным условием между банком и компанией, предполагалось списание со счетов «Сухого» в общей сложности 13,477 миллиарда рублей до 2018 года. На момент подачи иска в сентябре 2016 года с расчетных счетов «Сухого» банк уже списал 844,3 млн рублей. Арбитраж Москвы в 2016 году принял обеспечительные меры по иску прокуратуры, запретив Сбербанку списывать средства по этим сделкам с расчетных счетов «Сухого». Впоследствии эти меры поддержали суды двух вышестоящих инстанций.
Читайте: 10 заповедей для выхода на пенсию
Прокуратура Москвы в интересах РФ в лице Росимущества в общей сложности требовала признать ничтожными пять сделок поставочного валютного опциона с барьерным условием. АХК «Сухой» и Сбербанк заключили их до финансового кризиса 2014 года, когда произошла девальвация рубля. Одно из условий сделок – при росте курса доллара выше 40,25 рубля «Сухой» обязывался продать Сбербанку валюту по курсу 28,3 рубля на общую сумму $248,4 млн.
Газета « Ведомости» в 2017 году писала, что Сбербанк направил АХК «Сухой» и прокуратуре Москвы проект мирового соглашения по данному спору. Банк предлагал «Сухому» выплатить всю сумму в течение двух лет в рублях по курсу ЦБ, установленному на третий рабочий день после вступления соглашения в силу, при этом Сбербанк со своей стороны выплатил бы «Сухому» положенные по сделкам 7,8 млрд рублей («сумма валюты на продажу» с учетом уже списанной суммы в 844 млн рублей). То есть по сути компании предлагалась рассрочка по выплате долга.
В конце года завершилось очень похожее разбирательство Сбербанка с «Транснефтью».
Кассационный суд Московского округа принял отказ «Транснефти» от жалобы по делу со Сбербанком, касающемуся выплаты 66,5 млрд рублей по валютным опционам. Это означает, что спор между компаниями закончен, писал «Коммерсант».
Причиной разбирательства стала девальвация рубля в конце 2014 года, которая привела «Транснефть» к большим убыткам из-за сделки с валютными опционами, за счет которой компания добивалась снижения стоимости обслуживания корпоративных облигаций.
Представитель «Транснефти» на суде заявляла, что сделка была навязана банком под видом субсидии. В Сбербанке с этим не согласились, утверждая, что не навязывали, а предлагали сделку.