«В нашем бизнесе слабых не бывает!»

Александр Разуваев, Фигура в современной фондовой тусовке яркая и неоднозначная 15.06.2011 10:00
2180




беседовал [Денис Емельянов]

Александр Разуваев – фигура в современной фондовой тусовке яркая и неоднозначная: у него хватает как поклонников, так и откровенных недоброжелателей. Несомненно одно: это неординарная личность со своими, порой кардинально отличающимися от общепринятых, взглядами как на рынок, так и на жизнь вообще.

- Курите? – был мой первый вопрос, когда мы встретились с Александром в Wall Street Bar’е на Волхонке.
- Нет. Это женская привычка.

Сразу стало понятно, что разговор будет, как минимум, нескучным.

- Почему так? – спросил я, закуривая. Никогда не считал эту привычку женской, и уж тем более, хоть сколько-нибудь привлекательной.
- А в женском исполнении это эротично. Даже без мундштука. А уж с мундштуком особенно.

Александр достал телефон и показал пару фотографий очаровательной курящей девушки, полностью подтверждавших его слова. Не согласиться было невозможно. Заготовленный заранее план интервью как-то сразу приказал долго жить, разговор сам собой переключился на женский пол.

- Александр, женщины занимают много места в Вашей жизни?
- Да, я люблю женщин как явление. Люблю ярких дам, можно сказать, с внешностью, как в журнале: сексапильных, иногда даже немного вульгарных на вид. Предпочитаю стройных брюнеток, желательно курящих мундштук. Спасибо природе, в России их можно легко встретить в ресторане, ночном клубе или даже на улице. Очень нравятся также дамы с польской или литовской кровью, в них есть особый шарм или, сказать правильней, огонь.

- А что-то серьезное?
- Пока я не женат, а дальше – как карта ляжет. В любом случае, дамы, которые только и умеют, что борщ готовить да белье стирать, мне неинтересны.

Зазвонил телефон Александра, после чего он минуты три давал абоненту на другом конце комментарии по закрытию рынка. Можно было сменить тему.

- Александр, как Вы попали на фондовый рынок?
- Заинтересовался биржевой торговлей еще курсе на втором. Тогда (1991 г. – Д.Е.) никакого рынка ценных бумаг, понятно, в России не было и в помине. Однако мой отец, Юрий Сергеевич, известный шахматист, гроссмейстер, тренер сборной России по шахматам, часто выезжал за границу, у него были друзья, также регулярно бывавшие за рубежом. От них я и получил первую информацию о биржах, ценных бумагах, анализе динамики котировок, трейдинге и т.д. Довольно быстро это все оформилось в осознанный интерес, я даже сменил факультет на тот, где в то время преподавали биржевое дело, несмотря на потерю курса. Что, правда, чуть было не аукнулось призывом в Вооруженные Силы в последний год учебы – в военкомате долго не хотели принимать во внимание справку о том, что я студент. Но все обошлось. (Смеется.)

- А дальше?
- Дальше? После окончания вуза моя работа с самого начала в большей или меньшей степени всегда была связана с рынком акций, плюс инвестирование собственных денег.



Биография

Александр Разуваев
Александр Разуваев родился в Москве 15 июля 1973 года. В 1996 году с отличием окончил Государственную Академию Управления им. С. Орджоникидзе. В 1999 году защитил кандидатскую диссертацию на тему «Инвестиции в акции коммерческих банков в условиях экономики переходного периода» в Институте Экономики Российской Академии Наук (ИЭ РАН). Работал в Центре финансово-банковских исследований ИЭ РАН, компании «Юникон/МС Консультационная Группа», УК «Никойл», инвестбанке Rye, Man & Gor Securities, ФК «Мегатрастойл». C апреля 2007 года – начальник отдела рыночного анализа, заместитель начальника аналитического управления инвестиционного департамента Собинбанка. С марта 2009 года работает начальником аналитического отдела ИК «Галлион Капитал». Увлечения: геополитика, азиатская история, благородное вино и красивые женщины.


- Первая купленная Вами бумага?
- Это был 1994 год, обыкновенные акции Тверьуниверсалбанка – «голубая фишка» тех времен. В то время банки неплохо зарабатывали на инфляции и высокой процентной марже, дивиденды, в отличие от большинства других эмитентов, были значительными и выплачивались ежеквартально.

- Что стало потом с этими акциями?
- В 1996 году у банка начались проблемы, считается, что они были вызваны сугубо политическими причинами – месть властей за поддержку оппозиции на президентских выборах. Естественно, продавать за бесценок акции я тогда не стал. Сейчас это – небольшой региональный банк, акции у меня остались до сих пор. Их перспективы оценить трудно, хотя в 2007 году к ним проявляла интерес одна инвестиционная компания, которая специализируется на бумагах третьего эшелона.

- Вы и сегодня инвестируете в российский рынок?
- Да, у меня есть портфель акций.

- Это краткосрочные или долгосрочные вложения?
- Средне- и долгосрочные. Скажем так, от полугода и выше.

- И какова, если не секрет, их доходность?
- Точных цифр называть не буду, скажу только, что даже с учетом падения 2008 года на этот момент портфель в хорошем плюсе. (Смеется).

Александр указал на стоящий рядом бокал виски, пришлось признаться, что я с некоторых пор не пью ничего крепче кофе.

- Знаете, я некоторое время был членом Клуба любителей виски. Правда, потом был отчислен оттуда – они прислали какую-то анкету с множеством вопросов о виски, а заполнять ее не было ни сил, ни времени. Через несколько часов надо было улетать на месторождения Западной Сибири, и выбор был прост: сон или анкета. Я выбрал первое.

- А как вообще относитесь к алкоголю?
- Вполне положительно в умеренных дозах, конечно. Считаю, что если хочется просто расслабиться, идеально подойдет водка, если надо обстоятельно поговорить в мужской компании – нет ничего лучше коньяка. Ну, а с женщинами – шампанское, разумеется, хотя тут могут быть варианты.

- А виски?
- Виски – это если надо подумать, привести мозги в порядок…

-Философский напиток?
- Да, что-то в этом роде.

- Александр, давайте вернемся к рынку. С чего началась Ваша карьера собственно фондового аналитика?
- Стать аналитиком мне помог случай. Летом 2001 года я выбирал из нескольких предложений о работе, условия позиции аналитика по телекоммуникациям, которые предложила инвестиционная компания Rye, Man & Gor Securities, были наиболее привлекательны. Было, правда, еще более выгодное предложение от одной рейдерской компании, но я не захотел быть богатым и мертвым. Однако основную карьеру я сделал в «Мегатрастойле», где проработал с 2002 года до весны 2007-го. Я туда пришел простым аналитиком, а в январе 2005-го возглавил аналитическую службу. С моей точки зрения, тогда это было одно из сильнейших buy-side подразделений в России. Я до сих пор горжусь, что работал с такими людьми, как Арам Гаспарян и Андрей Медник.

- От одного из Ваших коллег я слышал мнение, что после ухода из «Мегатрастойла» Вы практически с нуля организовали аналитическую службу в Собинбанке…
- Действительно, до моего прихода ее не существовало. И, вероятно, мой вклад как заместителя начальника аналитического управления был достаточно значим. Тогда примерно за полгода нам удалось занять достойное место на рынке, сегодня мои бывшие подчиненные работают в ведущих российских брокерских домах. Однако это был уже sell-side. Поработав и там, и там, могу сказать, что мне buy-side ближе.

- Почему?
- Нравится работать на результат, от которого непосредственно зависит мое вознаграждение.

- Пару слов о своей нынешней работе скажете?
- ИК «Галлион Капитал», где я сейчас работаю, – это buy-side, плюс размещение облигаций. Компания относительно молодая, но команда сформировалась давно, еще на площадках Пробизнесбанка и «Антанты» (ИК «Антанта Капитал» – Д.Е.).

- Есть мнение, что аналитики, работающие на брокерские компании, зачастую пишут свои обзоры необъективно – не в интересах клиентов, инвесторов, а исходя из нужд фирмы. Прокомметируете?
- Аналитиков sell-side обычно ругают за три вещи. Во-первых, считается, что в случае необходимости аналитик должен своими рекомендациями поддерживать собственную позицию своей инвестиционной компании на рынке, ведь зарплату он получает из общих доходов. То есть, независимость заканчивается там, где начинаются большие деньги. Во-вторых, обзоры аналитиков иногда имеют целью заставить клиентов совершать максимальное число сделок, чтобы повысить комиссионные компании. Я думаю, что подобные явления на рынке присутствуют, однако, это скорее исключения из правил. Репутация конкретного аналитика или уважаемой компании стоит дорого.

- А третье?
- Третий момент – в своих моделях разные аналитики обычно закладывают близкие экономические прогнозы, соответственно, очень часто рассчитанные ими справедливые цены бумаг близки друг к другу. И часто говорят о «рыночном консенсусе». При этом его значение всегда давит на аналитика, и надо иметь определенную смелость, чтобы опубликовать мнение, сильно отличающееся от среднерыночного. Конечно, это сказывается определенным образом на содержании аналитических обзоров.

- Как-то с этими явлениями можно бороться?
- Я считаю, что аналитики sell-side должны сидеть как можно дальше от деска, и они никак не должны между собой контактировать. В общем, можно сказать, что чем солиднее инвесткомпания, тем выше китайская стена между торговым и аналитическим подразделениями. Все остальное – вопрос морали и личных качеств вообще.

- Можете навскидку припомнить случай, когда Вы публиковали мнение, идущее вразрез с рынком?
- Самый яркий пример (это было еще в «Мегатрастойле») – наша рекомендация продавать акции «Юкоса» без справедливой цены (т.е. тогда мы посчитали, что падение этих бумаг ограничено лишь нулевой стоимостью) в конце февраля 2004 года. Позже была еще одна история, когда бумаги компании, торгующиеся по $19, я оценил в $450.

- И что с ними потом стало?
- Выросли до $180, после чего упали почти до нуля из-за вывода активов в материнскую компанию.

Когда принесли кофе, настало время для заготовленного вопроса:

- Александр, у Вас хватает недоброжелателей…
- Когда-то на интернет-просторах даже бытовало мнение, что меня вообще не существует. (Смеется.) А если серьезно, завистники всегда находятся. Плюс я считаю, что для мужчины хороший характер означает его отсутствие.
Кроме того, некоторые, вероятно, думают, что обжегся на моих прогнозах, но надо понимать, что аналитик – не астролог, не ясновидец и не гадалка. Он рассчитывает справедливую стоимость акций, используя DCF-модель и мультипликаторы и учитывая различного рода риски или, наоборот, благоприятные факторы, полагая при этом, что значительная разница между текущей ценой бумаги и справедливой ценой, означающая ситуацию неравновесия, бесконечно долго существовать не может. К тому же, многие люди прочли один комментарий или обзор и считают, что он вечен. А ситуация постоянно меняется. Например, выходит квартальная отчетность компании. а вместе с ней меняется и мнение аналитика. Справедливая оценка российских активов всегда остается движущейся мишенью, фактически она – производная от цен на нефть, которые, в конечном счете, определяют как ставку дисконтирования, так и денежные потоки компаний. Ну и, в довершение, аналитики sell-side – публичные люди, соответственно, их деятельность притягивает людей с нестабильной психикой.

Купить подписку на журнал Financial One

- Вспомните какой-нибудь случай?
- Однажды по электронной почте пришло письмо, автор которого подробно описал, где я работаю, когда с работы ухожу и какой дорогой иду, а в конце добавил: «Ну, Разуваев, держись, топор я уже наточил, я за тобой иду.» В тот день я вышел с работы пораньше и через другой выход.

- У Вас есть враги?
- Да, как и у любого нормального мужчины. Думаю, враги появляются, думаю, по трем причинам: столкновение интересов в борьбе за деньги или власть, из-за женщин и просто вследствие эмоциональной несовместимости. Последнее, как мне кажется, случается довольно редко.

- Александр, что предпочитаете из кино, литературы, музыки?
- Литература – это, конечно, весь Булгаков. Кроме этого, мне близко творчество Льва Гумилева, с удовольствием читаю Марину Юденич. Музыка – «Любэ», да и вообще русский шансон. Из кино очень люблю фильмы Алексея Балабанова: особенно «Война», оба «Брата», «Жмурки», а также известный криминальный сериал «Бригада».

- Интересный набор. Я бы даже сказал, нехарактерный для представителя Вашей профессии…
- Мне вообще очень близки по духу люди экстремальных занятий. Среди моих друзей и знакомых есть сотрудники и ветераны спецслужб, участники войн в Абхазии и других горячих точках, представители, скажем так, негосударственных неформальных силовых структур. Мне кажется, наши профессии в чем-то очень схожи.

- Насколько работа определяет образ жизни?
- В очень большой степени. Один простой пример: несколько лет назад был на встрече выпускников школы и довольно быстро понял, что говорить нам, в общем-то, не о чем. Слишком разная жизнь, разные интересы. Поэтому, наверное, круг общения – в основном люди, так или иначе имеющие отношение к рынку. Ну и, график, конечно очень плотный, и рабочий день, естественно, ненормированный. Помимо основной работы это общение с прессой, встречи, поездки… У меня своя авторская колонка на одном известном интернет-ресурсе.

- Время на личную жизнь остается?
- Да, а вот на сон – не всегда. (Смеется.) - Как удается поддерживать себя в форме, живя в таком ритме?
- Главное – это сила духа, вопрос не в том, сколько ты проживешь, а как. Иногда расслабиться помогает алкоголь. Очень полезен оказался студенческий опыт занятий каратэ Кекусинкай, кроме того, регулярно хожу в спортзал, занимаюсь с личным тренером. На выходных по возможности стараюсь как следует высыпаться. А вообще, в нашем бизнесе слабых не бывает!





Куда вложить деньги в 2018 году, или криптовалюту не предлагать

Осторожно, мошенники! Какие документы нельзя доверять посторонним

Как выбрать негосударственный пенсионный фонд. Пошаговая инструкция

Загрузка...

Вернуться в список новостей

Комментарии (0)
Оставить комментарий
Отправить
Новые статьи