Интервью / Financial One

«Цифровой рубль не решает задачу международного взаимодействия»

«Цифровой рубль не решает задачу международного взаимодействия»
6681

Цифровые активы, риски и возможности для российских компаний в текущей ситуации, международное развитие и инвестиции обсудили советник директора Ассоциации развития финансовой грамотности и директор School of C Кристина Заболоцкая и основатель TalkBank, EasyFinance, независимый директор ряда отечественных компаний Михаил Попов. 

В условиях меняющейся политической ситуации любая компания может столкнуться с ограничениями вне зависимости от санкционных списков. На вашей последней встрече Fintech Family как раз обсуждались цифровизация, антикризисная инфраструктура и возможности развития в новой реальности. Если подытожить, то с какими вызовами столкнулись компании разных отраслей, и как действовать в текущей ситуации? 

Несмотря на давление, бизнесы ищут возможности продолжения работы, возможности решения текущих и будущих задач. 

Венчурная часть телеком-компаний за счёт ресурсов внутри страны видят сейчас возможность входить в бизнес там, где уходят иностранцы и нужно сменить собственников. У них открывается шанс на выкуп долей в бизнесах, у которых раньше не было потребности финансирования. Действительно, если они рассматривают страну, как единственную территорию для бизнеса, то покупать доли компаний, заходить в новые ниши – правильный шаг

В то же время МФО видят, что на рынке растущих ставок они не становятся такой дорогой организацией для потребителя, при этом оставаясь проще и быстрее банков. Поэтому МФО делают многое для того, чтобы всё роботизировать и быть максимально представленным в клиентской сегменте, продавать дальше свои услуги, выдавать займы и т.д. Коллекторы тоже заявили о том, что они проводят цифровизацию, потому что возврат долгов, судебные процессы и общение с клиентом давно должно быть цифровизировано.  

Технологические компании высказывают мнение, что сейчас рынок меняется, есть проблема с теми регионами, с которыми они уже не могут сотрудничать или где потеряли бизнес. Видят изменение продуктов на те, которые требуют меньшей привязки к каким-то политическим или регуляторным вопросам. А также хотят работать в таком режиме, что сами клиенты пользуются интерфейсами, выполняя различные внутренние задачи компании. Например, продуктивная аналитика, сами работники любой компании используют конструктор для аналитики и потом оплачивают корпоративный аккаунт в этом сервисе. То есть сервис фактически B2B, но в то же время заказчик B2C, это позволяет бизнесу выстроить более независимую историю работы с меньшей зависимостью от прямых продаж.  

Ритейл, соответственно, видит риски в том, что происходит дестабилизация, рост цен, паника с покупкой определённых товаров – страдает логистика, новые товарные поставки. Но в то же время ритейл видит, что будет востребован всегда, смотрят, как снизить нагрузку на перегруженный колл-центр, как выстроить цифровой формат взаимодействия. Некоторые компании этой сферы потеряли иностранную инфраструктуру в виде приложений лояльности, уходят крупные поставщики, enterprise-решения, поэтому ритейлеры сейчас в поисках местных отечественных решений. 

Торговля – первая, кто поднимается в любом кризисе, потому что у них нет цикла производства, а есть перепродажа. У производства же есть срок хранения материалов – это более уязвимая деятельность при инфляции. В торговле цикл продаж короткий и при желании его можно сокращать, оптимизируя складские запасы. Поэтому торговля меньше на себе испытывает проблемы инфляционного роста, даже выигрывает. Поэтому ритейл быстрее встанет на ноги, компании этой сферы задумываются, как поменять инфраструктуру, как обслуживать клиентов в новом цифровом формате.  

Несмотря на все сложности, сейчас открылась перспектива развития внутренних технологических разработок, усиливается государственная поддержка бизнеса. Достаточно ли для помощи бизнесу в кризис тех мер, которые сейчас предлагает государство, – налоговые льготы, гранты, мораторий на плановые проверки и т.д.? Какие меры можно добавить к этому списку?  

Возможно, сейчас правительство понимает, что при такой сложной ситуации какие-то подходы, проверки являются серьезными камнями преткновения развития индустрии. Они связаны, как правило, с двумя с бумажной волокитой и очным присутствием.  

Например, на этом держится вся банковская инфраструктура, но может быть достаточно звонка, достаточно отдать риск банку в явном виде. Сейчас банально нет бумаги, она дорогая – во многих бизнесах увеличилась себестоимость из-за печати чеков и т.д. Если примут решение, что достаточно электронного письма, смс, сообщения в мессенджерах, то изменятся и другие процессы – это не просто экономия бумаги, а свобода в целом. Снизятся накладные затраты, сам процесс логистики продукта станет цифровым. Это даст возможность маленьким банкам активнее работать с населением, сократить расходы. 

По поводу защиты от мошенничества: продуманы механизмы в случае различных нарушений, достаточно много создано, цифровые госуслуги, есть хороший продукт, им можно заниматься и на базе него всё упростить. В принципе, как KYC, который держит во многих отраслях процесс продажи и выпуска самого продукта.  

В текущей ситуации, в условиях действия внешних и ответных санкций развивать международный бизнес компаниям из России стало гораздо сложнее – есть проблемы с получением/отправкой международных платежей, с оплатой ИТ-сервисов, с оплатой труда и т.д. Какие у TalkBank дальнейшие планы на международном рынке? Что сейчас с привлечением инвестирования, когда планируете следующий раунд?  

Сейчас одна из самых важных задач — это удержаться на международном рынке, сохранить те активности, которые мы ранее начинали делать. Здесь вопрос упирается в структуру собственности, представителей компаний и так далее, но стоит задача сохранить эти подразделения, поскольку уже есть договоренности с местными банками, проведён качественный CusDev частных клиентов из 7 стран Европы, из Латинской Америки, проанализирована информация – какой продукт интересен, цена, заказчики и так далее. Объективные сложности возникли даже не от внешних санкций, а от внутренних. Но мы никогда не сдаемся и всегда закрываем сделки.  

В нашем последнем раунде была часть средств, направленная на иностранную деятельность, в целом экономика проекта такова, что мы имеем ресурсы для определённого старта. Дальше, если все получится, то не будет проблем с привлечением внешних инвесторов в эти проекты, так как мы всё правильно структурировали. Фандрайзинг требует времени, энергии, поэтому, чтобы немного снизить нагрузку на управленческое звено, у нас срок работы полтора года, но не больше, чтобы не было остановки темпов.  

Сейчас компании совмещают два типа задач – тактические, чтобы выжить, и стратегические. Как текущая ситуация в целом повлияла на вашу стратегию? Что в ней преобладает – B2B it-платформа или необанк для физических лиц, получается ли сейчас развивать новые партнёрства? 

Мы придерживаемся стратегии B2B2C. Банк для физлиц всегда идёт добавочным продуктом к какому-то B2B проекту. Мы активно развиваем самозанятых, работаем с системами конвейера продаж для крупных компаний через мессенджеры. Обслуживание клиентов через мессенджеры – это интегрированная модель, в которую входят и роботизированная коммуникация, и платежные сервисы.  

Эти прогрессивные подходы сейчас как раз и выручают. Мы, несмотря на всё происходящее сейчас, закрываем сделки и устраиваем встречи с партнёрами – все понимают, что это сейчас очень необходимо для развития. Появляются новые партнёрства среди тех, кто раньше был не готов к нашему продукту. Сейчас возникает много ограничений, а надо что-то предлагать, и мы как раз можем быстро запустить что-то на рынок, для этого не нужны длительные разработки. 

Также очень интересная история там, где нужна интеграция нескольких компаний, – мы можем одним решением интегрировать все продукты этих компаний и выдать как один клиентский сервис конечному потребителю.  

За последний месяц вы, действительно, запустили много продуктов для помощи своим клиентам в кризисной ситуации, и это долгосрочное сотрудничество, бизнес-консалтинг с имплементацией решений. Расскажи, пожалуйста, подробнее, какие сейчас проблемы есть у компаний, и как TalkBank помогает их решить?  

Например, есть следующая проблема: у всего бизнеса завалены службы поддержки, потому что туда пишут клиенты и спрашивают одно и то же. У наших клиентов, у которых была построена клиентская поддержка на людях как основном инструменте, сейчас большие проблемы. Мы предлагаем им инструмент автоматизации колл-центров, выстраивания сервисов продаж через мессенджеры, в которые зашиты системы ответов пользователям.  

Роботизация поддержки позволяет просто обслуживать клиента с минимальным колл-центром, мы не улучшаем не автоматизированный колл-центр, а просто его убираем, клиент может зайти в VK, Telegram, WhatsApp и реализовать свои потребности. Как банк мы даём систему платежей, как технологическая компания – систему работы с пользователем. Мы работаем более чем с 10 сегментами бизнеса – банки, брокеры, МФО, коллекторы, ритейл, маркетплейсы, B2B площадки и т.д. – везде, где есть физические лица и какой-то обмен информацией.  

Отмечу, сегодня мобильное приложение может в один момент исчезнуть из App Store и Google Play, все ищут альтернативные истории, которые пока не блокируются. А у нас тем временем есть запасной план, мы являемся поставщиками таких решений. 

В продолжение темы цифровых активов – недавно Минэкономики РФ концептуально поддержало законопроект Минфина «О цифровой валюте» и предложило его доработать. Также многие частные инвесторы сейчас активно обращают внимание на цифровые валюты, так как доступных финансовых инструментов на российском рынке стало меньше. Как думаешь, помогут ли жёсткие санкции в легализации криптовалют России? И каковы дальнейшие перспективы развития концепции и внедрения цифрового рубля?  

Текущие экономические санкции в ближайшие несколько месяцев могут идти по нарастающей. Как потребители мы с вами уже видим деградацию финансовой системы – у нас проблема оплатить что-то по Apple Pay, мы не можем снять деньги за границей и так далее. Список санкционных банков увеличился, поэтому в такой ситуации наличие централизованных финансов приводит к уязвимости. 

Криптовалюта – это децентрализация, по ней тяжелее нанести удар. Но это уже другое мышление страны, контрольные органы должны по-другому с этим работать. Пока же такого свободного у нас нет, иначе мы бы не получили нынешнюю ситуацию. Возможно, будут какие то послабления, но пока я не ожидаю каких-то красивых решений по поводу цифрового рубля, пока будут приняты какие-то половинчатые меры, которые позволят открывать обменники. Но надеюсь, что кризис в этом плане двинет нашу страну к большей легальности этому вопросу, к интеграции с экспертизой бизнеса.  

Цифровой рубль полезен относительно бумажного, если правильно делать, то это снижение расходов на обслуживание всех расчетов в стране – можно выстраивать роботизированное распределение бюджетных средств, сокращается казначейство, сужается банковская и инфраструктура налоговых инспекций, уходят многие контрольные механизмы, потому что блокчейн позволяет упростить механизмы контроля и распределения средств. Но цифровой рубль не решает другую задачу международного взаимодействия. Цифровой доллар – это интересная история, хотя там есть открытые вопросы надёжности.  

Такой толчок в использовании цифровых валют, мне кажется, тоже резонансно усилит присутствие этих инструментов в нашей жизни и вернётся каким-то законодательным послаблением – когда инструмент используется массово, государственный регулятор идёт в сторону позитивной регуляции процесса.  

Думаю, величайшая сила регуляция должна быть в разрешении, а не запретах. Именно разрешение даёт возможность роста бизнеса, открытия новых направлений, роста независимости страны. Запреты же ведут к увеличению стоимости входного билета в отрасль, ограничению количества игроков, снижению конкурентной борьбы и товарного предложения, повышению цен. Негативная регуляция появляется, когда не работают институты, механизм арбитражных споров, и даже больше усложняет жизнь классических правильных брокеров, а не мошеннических организаций.  

Отмечу, мы признанные лидеры в мире по цифровым транзакциям с помощью NFC-расчетов, нам хватило на это компетенции. И наша страна пока ещё обладает научным, умственным потенциалом. При правильной регуляции с позиции рынка развития можно сделать и всё остальное. 

С учётом роста интереса населения к фондовому рынку, а также к цифровым валютам, на какие риски сейчас стоит обратить внимание? 

Мы видим по рынку акций, что за прошлые годы большой объём физических лиц пришёл на рынок российских и иностранных акций. И сейчас эти люди фиксируют огромные убытки при падении рынка, а выигрывают те, кто был в кэше. С криптовалютой тоже эти риски реализуемы. Люди воспринимают, что всё всегда растёт. Но на самом деле сначала растёт, а потом падает. Поэтому здесь тоже кто-то потеряет деньги, кто-то приобретёт.  

Да, учитывая цикличность, российский рынок не для долгосрочного инвестора. Как, по твоему мнению, нужно развивать образовательную систему в стране, чтобы быть лидерами в развитии финансовых, био- и других технологий, модернизироваться, создать своё «экономическое чудо»? 

В направлении криптовалюты у нас был шанс стать третьим международным финансовым центром, если бы мы делали ставку на её легализацию, а не только на свой рубль. Это можно сделать красиво на государственном уровне и KYC-контролем, с привлечением передовых экспертов России, западных и восточных стран, крупнейшие биржи могли бы быть российскими. Для решения возможных проблем как раз есть государственные институты, которые гарантируют легальность. Это был хороший шанс, который упущен, а чтобы быть лидером, нужно идти во что-то новое, опережающая модель. 

Например, генная инженерия, хотя пока здесь лидирует Китай. Однако, для развития любых сфер, чтобы не быть в позиции догоняющего и получать поддержку от других стран, нужно обеспечить системные изменения, что можно сделать благодаря образованию. Как математик и экономист я также осознал важность гуманитарного образования, хотя в России считается, что математика и физика – это то, что создает продукт с конкретной целью, а всё остальное – это лирика.  

Тем не менее качественное гуманитарное образование с правильными преподавателями и подходом – это то, что формирует гуманные, гуманистические ценности. Человек выходит на первое место, становится предметом изучения, центром, вокруг которого строится продукт и всё развитие мира. Средства производства, ресурсы – уже на второе, третье место. Каждый предприниматель понимает важность человека, когда создаёт компанию, ведь всё, что у него есть, – это он сам и его команда, через призму этих людей появляются правильный продукт, пиар, контракты, инвестиции, прибыль.  

Кстати, говоря о команде. Мы живём VUCA-мире, среда всегда была непредсказуемой, но сейчас особенно. Как поддерживать команду в таких турбулентных условиях, и какие принципы корпоративной культуры TalkBank помогают сейчас справляться с новыми вызовами? 

Нужно продолжать делать то, из-за чего команда и собралась, продвигать те же ценности. Правильная команда приходит и работает долго совместно, если она испытывает драйв, чувство справедливости, сопричастности с результатами, видит серьёзный прогресс. 

Задача любого лидера – не терять темп, искать возможности сохранения команды, выполнения своих обязательств. Когда вокруг что-то меняется, люди смотрят на пример лидера. Поэтому основной совет – не паниковать, не замыкаться в себе, общаться со своими сотрудниками, слушать обратную связь, вместе искать какие-то решения, предлагать и принимать их, чтобы люди почувствовали уверенность. Более того, на момент кризиса можно получить новых сильных игроков команды, которые раньше даже не интересовались твоим бизнесом.

 







Куда вложить деньги в 2018 году, или криптовалюту не предлагать

Осторожно, мошенники! Какие документы нельзя доверять посторонним

Как выбрать негосударственный пенсионный фонд. Пошаговая инструкция

Загрузка...

Вернуться в список новостей

Комментарии (0)
Оставить комментарий
Отправить
Новые статьи