Книга Flash Boys Майкла Льюиса потрясла устои Уолл-стрит, рассказав широкой общественности о высокой роли на рынке «серых кардиналов» — высокочастотных трейдеров. Однако посвящена она была не столько высокочастотникам, сколько борцам с ними — команде канадского трейдера Брэда Кацуямы, будущего создателя первой биржи, замедляющей ход торгов, — IEX. Около двух недель назад Комиссия по ценным бумагам и биржам США (SEC) одобрила выдачу биржевой лицензии IEX, несмотря на бурные протесты со стороны индустрии HFT. На пороге начала новой биржевой реальности мы собрали 15 самых ярких цитат из легендарной книги.
1. «То, как люди воспринимали фондовый рынок США, — в виде рядов цифр на экранах профессиональных трейдеров или ленты тикера, бегущей внизу экрана CNBC, — все это оказалось иллюзией. «Именно тогда я понял, что цены искусственно повышаются или понижаются. И понял, что это связано с технологией. Причем ответ скрывается в глубинах технологии, хотя я совершенно не представлял где. Но именно тогда мне открылось, что единственный способ узнать истину — копнуть глубже».
2. «Даркпулы были еще одним жульническим порождением нового финансового рынка. Частным биржам под управлением крупных брокеров не требовалось раскрывать информацию о том, что происходило внутри них. Они отчитывались о проведенных операциях, но с такой значительной задержкой, которая уже не позволяла оценить общую ситуацию на рынке в момент совершения сделки. Их внутренние правила оставались тайной, и только брокер, управлявший темным пулом, точно знал, чьи именно приказы о покупке и продаже допускались к исполнению. Крупные банки Уолл-стрит смогли внушить крупным инвесторам блестящую идею о том, что их врагом была прозрачность».
3. «Это был лишь вопрос времени, когда фондовые биржи поймут, что если есть желающие тратить сотни тысяч долларов на перемещение своего оборудования внутри какого-то отдаленного дата-центра, чтобы хоть на чуток приблизиться к фондовой бирже, то они также пожелают выкладывать миллионы за размещение своего оборудования внутри самих бирж».
4. «Исчерпав возможности для сокращения длины кабеля, взялись за оборудование, стоявшее на концах линий. В том числе за сетевые коммутаторы. Разница между быстрыми и медленными коммутаторами измерялась в микросекундах (миллионных долях секунды), но теперь и микросекунда имела решающее значение. «Один трейдер сказал мне: «Не важно, опоздаю ли я на секунду или микросекунду — в любом случае окажусь вторым»
5. О HFT-трейдерах. «Все они были параноиками, — вспоминает Ронан. — Но на то у них были основания. Вы бы поступали так же, будь вы карманником и знали, как обчистить человека. Стоило кому-то обнаружить, что в дата-центре появился коммутатор, работающий на три микросекунды быстрее, как через две недели у всех уже стояли такие же».
6. «Американский фондовый рынок теперь делился по классовому признаку на имущих и неимущих в зависимости от скорости доступа. Имущие покупали наносекунды, а неимущие понятия не имели, сколько наносекунда стоит. Имущие наслаждались прекрасным видом рынка, а неимущие — вообще его не видели. Финансовый рынок, прежде самый открытый и демократичный, по сути стал чем-то вроде закрытого просмотра украденных произведений искусства».
7. «На BATS, как правило, отправлялись приказы касательно минимум 100 акций (это требовалось для постановки приказа во главу любой ценовой очереди), поскольку их единственной целью было выманивание информации из инвесторов. Высокочастотные трейдеры отправляли на BATS эти крошечные приказы — на покупку или продажу по 100 штук практически всех акций, что торгуются на американском рынке, — не для реальной покупки или продажи, а для поиска желавших этого инвесторов с целью их опередить. Неудивительно, что BATS была детищем высокочастотных трейдеров».
8. «Роутеры брокеров похожи на плохих игроков в покер — их действия легко просчитать. Там это можно сделать по сокращению лицевых мышц, здесь — вследствие неточного программирования, что оказывается не менее ценным для высокочастотных трейдеров на другой стороне стола».
9. «... последовала оживленная дискуссия, и более молодые сотрудники SEC приняли сторону высокочастотных трейдеров, а те, что постарше, приняли сторону Брэда... После встречи RBC провел исследование, результаты которого так и не были опубликованы, но благодаря ему выяснилось, что начиная с 2007 года более 200 сотрудников SEC покинули этот правительственный орган ради работы в фирмах, занимавшихся высокочастотным трейдингом, или в фирмах, лоббировавших интересы HFT в Вашингтоне. Некоторые из них, еще будучи в SEC, играли ключевые роли в принятии решений о том, в какой степени следует регулировать высокочастотный трейдинг и надо ли вообще его регулировать».
10. «Разница между брокерами на Уолл-стрит и биржами стала размытой. Крупные банки Уолл-стрит теперь сами управляли собственными частными биржами. Фондовые биржи, со своей стороны, стремились стать брокерами. Самые крупные биржи теперь оказывали брокерам услуги, позволявшие последним передавать свои собственные приказы биржам, чтобы те потом их направляли в первую очередь, конечно же, себе, а затем и на другие биржи... Если хотя бы одна биржа получила инструмент для защиты инвесторов от рыночных хищников, небольшие брокерские фирмы по всей стране могли бы объединиться вокруг нее и тогда она стала бы самой главной биржей».
11. Про одного из разработчиков программы для IEX. «Соколов был русским, он родился и вырос в одном из городов на Волге. Он мог объяснить, почему такое количество его соотечественников приходило в высокочастотный трейдинг. Советская система образования разделяла людей на технарей и гуманитариев. А контролируемая государством экономика, ужасающая и запутанная, была пронизана разнообразными лазейками – такое окружение позволяло тем, кто смог его покорить, неплохо подготовиться к порядкам на Уолл-стрит начала XXI века. «Такая система в нашей стране существовала 70 лет», – говорит Соколов. «Чем активнее вы взращиваете класс людей, которые знают, как обойти систему, тем больше вы получаете людей, которые умеют делать это в совершенстве».
12. «Эти трейдеры (хищники, прим. FO) помогли публичным фондовым биржам создать всевозможные варианты хитроумных типов ордеров. На Нью-Йоркской фондовой бирже, к примеру, создали тип ордера, который исполнялся только если противоположный ордер оказывался меньше. Цель создания ордера такого типа заключалась в защите высокочастотных трейдеров от покупок небольшого количества акций от инвестора, который был готов обрушить рынок, продав эти акции по мизерной цене».
13. «Самая первая, еще незрелая идея противостоять (высокочастотникам прим. FO) им возникла именно у Кацуямы: все старались подобраться к биржам как можно ближе – так почему бы не попробовать отдалить «хищников» от биржи на максимально возможное расстояние?»
14. «Мы только что опередили AMEX», – воскликнул Джон Скволл, CFO, имея в виду Американскую фондовую биржу. «Мы опередили AMEX по доле рынка». «А ведь мы дали им фору в 120 лет», – заявил Райан, несколько вольно обращаясь с историей.
15. «После того, как мы открылись, я стал ненавидеть их (высокочастотников, прим. FO) куда меньше», – ответил Кацуяма. «Это не их вина. Я думаю, большинство из них просто старались рационально подойти к тому, что рынок неэффективен, и пытались извлечь выгоду из этого. Правда, то, что они сделали, учитывая все правовые ограничения – потрясающе. Они – совсем не такие злодеи, какими я их представлял раньше. Инвесторов подвела система».
Книгу можно приобрести по этой ссылке на сайте ЛитРес.