«С точки зрения предпринимателей брокерский бизнес сейчас неинтересен»

Татьяна Черныш, председатель совета директоров ИК «Риком-Траст» 24.10.2016 01:01
6244

Мнение крупных брокеров хорошо известно рынку. Их приглашают на конференции, совещания, встречи, и они всегда в числе первых высказывают свое мнение о ситуации в отрасли и ее перспективах. Но биржевой рынок – это еще и множество небольших компаний, которым есть, что сказать, донести до широкой общественности. FO встретился с председателем совета директоров инвестиционной компании «Риком-траст» Татьяной Черныш, чтобы узнать ее мнение на актуальные темы.

Татьяна, сразу вопрос «в лоб»: каково ваше отношение к проекту ЦБ о защите инвесторов, которое подразумевает появление новых ограничений для операций с финансовыми инструментами?

Нельзя сказать, что это решение в целом идет на пользу рынку. Неразумных инвесторов, которые сами не могут свои риски контролировать, предложение ЦБ, может быть, от чего-то убережет, но не знаю, останется ли сам рынок после реализации планов регулятора.

Его первый аналитический доклад предусматривал самые жесткие параметры для квалификации инвесторов. У нас ни одного такого клиента нет. Подсчеты по всему рынку показали, что сейчас есть порядка 38 участников, которым можно присвоить статус квалифицированных по новой классификации.

Второй вариант трактуется в качестве уступки рынку. Там неквалифицированные инвесторы разделены на три части. Я посчитала количество наших клиентов и доходы, которые у нас выпадут. Получилось не смертельно – выпадет порядка 16%. Мы выживем, но будет более грустно, чем сейчас. Другое дело, что рынок не останется таким, какой он есть, так как в проекте ЦБ предусматриваются запретительные меры для мелких инвесторов, которые сейчас в большом количестве присутствуют на рынке. Понятно, что изменится стакан, изменится ликвидность, но народ постепенно перетечет на рынок США, срочный рынок перестанет существовать. Если это попытка защитить инвесторов, то, на мой взгляд, не самая удачная.

А как в таких условиях сможет развиваться институт инвестиционных советников?

По советникам еще никакой конкретики нет. Известно, что инвесторы нижнего уровня смогут совершать сделки с помощью советника, но если будет убыток, то он его обязан будет компенсировать. Кто на таких условиях будет что-то советовать? Никто таких советов просто не будет давать, и сделок не будет. Все, кто приходит на рынок впервые, большие деньги не приносят – они сначала пробуют, чему-то учатся, а потом уже работают.

Есть и хорошее начинание, инициированное НАУФОР, – индивидуальные инвестиционные счета (ИИС). Народ в них поверил, и люди несут деньги. Там существует граница в 400 тысяч рублей взносов в год, но в проекте ЦБ инвесторам с таким объемом средств ничего нельзя. Как тут сочетается одно с другим – не понятно.

Если защищать инвесторов, то не с фондового рынка надо начинать, так как у нас и так все зарегулировано. Существуют многочисленные форекс-конторы, которые никто не может взять под контроль. Им запретили давать рекламу, но они прекрасно все работают, имея сервера не в России. Стоит обратить внимание и на различные букмекерские компании, казино. С этим никто не борется, так как трудно. Фондовый рынок подотчетный, поэтому с ним справиться намного проще.

У банков отзывают лицензии, обнаруживают огромные дыры в балансах, но нет таких историй у брокерских организаций – бывает, что сами отказываются от лицензий, но нет скандалов, а это значит, что у нас не так все драматично. Считаю, что не мы корень зла все-таки.

Насколько реально брокерским компаниям будет соблюдать банковские нормативы, которые намерен ввести для них ЦБ?

Если это соблюдать, тогда нужно на нас распространить и другие банковские параметры: гарантирование счетов со стороны АСВ, налоговые льготы по процентам по вкладам. Почему у банков это есть, а у нас нет? Мы изначально в неравных условиях трудимся.

Насколько брокерский бизнес будет рентабельным, учитывая регуляторные изменения?

Он сейчас на грани рентабельности. Кто-то на одном из выступлений удачно сравнил наш бизнес с сельским хозяйством на Чукотке. Так и живем: кто-то белку бьет, кто-то орехи собирает, но назвать это нормальным сельским хозяйством сложно. Бизнес слабо рентабелен. Глава НАУФОР Алексей Тимофеев говорил, что на 19 сданных лицензий приходится одна выданная. Назвала эти данные человеку, который далек от финансовой индустрии. Он сказал, что это не кризис, а катастрофа.

Мы на рынке 22 года, как-то выживаем, крутимся. Мы выживаем за счет того, что у нас бизнес универсальный, многосторонний – все время какие-то возможности закрываются, но открываются новые. Одно время хороша была валюта. Нам разрешили наряду с банками выходить на валютный рынок – очень было хорошо. Есть ведь и положительные нововведения. Мы тогда быстро переделали свое программное обеспечение и вышли на рынок. Потом «маржиналка» себя неплохо чувствовала.

С точки зрения предпринимателей этот брокерский бизнес сейчас неинтересен. Народ переориентируется на микрофинансы, люди уходят в какие-то полумаргинальные отрасли.

Какие есть позитивные драйверы в текущих условиях?

Рынок сейчас потихоньку растет. Он преодолел исторические максимумы, но это не означает, что в экономику пришли новые деньги – просто следствие девальвации рубля.

«Мобилизация» приложений – тоже очень интересное направление. Все больше операций совершается с мобильных устройств. Упрощается совершение сделок за счет, в том числе, интернет-магазинов акций. Одним кликом можно все купить. Мы заметили интересную особенность, что люди работают с мобильных устройств не через приложения, а через обычный браузер.

Санкт-Петербургская биржа запустила торговлю американскими акциями из России. У нас в компании так интересно устроено – счет единый, и не важно, на какой торговой площадке средства лежат. Главное, чтобы эти средства были, а дальше с помощью своих технических маневров мы обеспечиваем, чтобы была возможность продавать-покупать на любой площадке, включая покупку американских акций за рубли.

Также Санкт-Петербургская биржа запустила «рутинг» с американского рынка, и мы видим, что сейчас все больше денег идет оттуда. Мы сначала заходили на рынок США напрямую через западного брокера. Клиенты туда потянулись, но грянули санкции, после этого они деньги забрали. А на СПБ люди сразу стали работать быстро, активно и хорошо. Другое дело, что это ликвидность не для нашего рынка, а нужно, чтобы наш рынок развивался.

Облигации сейчас хорошо себя чувствуют. Народ их распробовал, и растет этот рынок. Покупают и ОФЗ, и корпоративные облигации – там уже доходности сравнимы с банковскими депозитами. Как себя банки сейчас чувствуют, все хорошо знают и опасаются туда нести деньги даже с учетом страхования. Люди боятся, что их деньги окажутся за балансом, и потом они замучаются доказывать, что были вкладчиками. Люди инвестируют в облигации даже с учетом того, что придется заплатить налоги.

Главное, чтобы не мешали. Вот сделали в ЦБ интернет-приемную. Думаю, что инициатива регулятора относительно ограничений для розничных инвесторов по этой причине появилась – из-за жалоб. Клиенты иногда излишне эмоционально на все реагируют, особенно когда легко можно пожаловаться. У нас были проблемы с одним клиентом, который, будучи на отдыхе в Испании, жаловался, что ему задержали сделку на 5 секунд. Нас из-за этого вызывали несколько раз в ЦБ, чтобы разобраться с ситуацией, приглашали туда и клиента, но он не приехал. Мы доказали тогда регулятору, что все выполнили точно и в срок. Думаю, что из-за работы с жалобами Банк России излишне драматично оценивает ситуацию.

Присматривались ли к системе «Восход», которую запустило НП РТС для инвестиций в дальневосточные компании?

Если будет воля государства и правительства инвестировать в Дальний Восток, то народ поддержит. Народ всегда чувствует, где лучше доходность, и туда движется. Принято считать наших людей неразумными, что их все обманывают и их нужно защищать. А народ наш, на самом деле, во всем очень хорошо разбирается и видит возможности на рынке.

Хорошо, что у компаний появилась альтернатива банковским кредитам, и они могут выходить на рынок, то есть под меньший процент привлекать средства.

Как относитесь к появлению возможности получать брокерскую лицензию в России с меньшим капиталом?

Если бы рынок развивался и появлялись новые возможности, то это помогло бы приходу на рынок новых игроков, но то состояние рынка, которое есть сейчас, не способствует такой перспективе. Слишком мала вероятность того, что кто-то с нуля начнет строить брокерский бизнес, а крупным игрокам в случае неудачи проще закрыть бизнес, чем менять лицензию. Рынок маленький и продолжает сжиматься, уменьшается количество клиентов. Растут только рынок облигаций и денежный рынок.

Инициативы ЦБ в отношении развития финансового рынка многие не поддерживают, но тогда возникает вопрос, а как нужно регулятору действовать, чтобы это всех устроило?

Нужно учитывать интересы всех сторон и принимать решения, которые идут на пользу всем. Считаю хорошим примером постановление о маржинальной торговле. Было первое постановление, мы по нему довольно долго работали, а потом было принято следующее постановление, которое я расцениваю как очень прогрессивное – там ставки риска стали нормально рассчитываться с учетом волатильности бумаги и ее параметров. Это позволило людям раздвинуть рамки возможного, ничего не нарушая, не приводя ни к каким плохим последствиям. Постановление это создавалось в содружестве ЦБ с участниками рынка.

Хорошо бы, чтобы и постановление о квалификации инвесторов тоже принималось с учетом мнения рынка. Нужно, чтобы соблюдался принцип наибольшего благоприятствования для всех.

Как должен выглядеть проект о квалификации инвесторов, чтобы он всех устроил? Нужен ли он, учитывая, что уже работает разделение на квалифицированных и неквалифицированных инвесторов?

Мое мнение, что не нужно менять. Наш рынок достаточно молодой. На что направлен новый проект ЦБ? В первую очередь, на ограничение маржинальной торговли. Нужно учитывать мировой опыт. В США на фондовом рынке присутствует 70% домохозяек – внутри дня плечо 1 к 4, через ночь плечо 1 к 2, и они работают. Да, там есть некие ограничения. Если ты выходишь с совсем небольшой суммой денег на рынок, то там разрешают не более пяти сделок с заемными средствами в месяц.

Я бы взяла за основу опыт западных стран и попыталась его применить здесь. То, что сейчас происходит, – это попытка рубить шашкой с плеча.

Есть мнение, и были участники рынка, которые ставили своей целью дать клиентам наибольшее плечо, чтобы они побыстрее проиграли свои деньги. Раньше так было. Сейчас, наверное, уже нет такого.

Второй принцип: пусть клиент работает долго, может быть, не так много сделок совершает, но он при этом остается. От такого клиента за месяц получаешь меньше чем при первом подходе, но он живет дольше и приносит в итоге больше прибыль и сам зарабатывает Мы сторонники второго подхода – выгодны клиенты, которые сами зарабатывают. Им хорошо, и нам хорошо – и никак иначе. Мы каждый год, когда считаем налоги, будучи налоговым агентом своих клиентов, смотрим на их инвестиционные результаты. Некоторым из них помогаем, другие говорят, что сами справятся. Добиваемся того, что у нас люди зарабатывают.

Первый зампред ЦБ Сергей Швецов в апреле заявлял, что средняя продолжительность жизни брокерского счета составляет порядка 9 месяцев. Так ли это, исходя из вашей практики?

У нас брокерские счета в среднем существуют 2 года 9 месяцев. Мы считаем от момента первой сделки до последней сделки, то есть не от открытия счета. Эта цифра у нас постоянно растет, есть клиенты, которые вместе с нами с нулевых лет. Клиенты быстро разоряются на форексе – там можно говорить о днях и месяцах существования счетов.

Каждый человек стремится делать сбережения. Есть такие, кто живет от зарплаты до зарплаты, но это исключение. Любой разумный человек задумывается, что нужно откладывать деньги на образование, лечение, на старость и другие важные цели. Деньги нужно как-то стараться сберегать. Возникает вопрос: куда их класть? Раньше все несли деньги только в банки, но в связи с отзывом лицензий многие и юридические, и физические лица оказываются в убытках, так как не могут вернуть деньги со своих расчетных счетов. Считаю, что фондовый рынок – это хорошая альтернатива. Нас в чем пытаются ограничить? Чтобы мы не покупали акций «Газпрома», «ЛУКОЙЛа», Сбербанка? Этим компаниям нужны деньги, и можно приобрести такие ценные бумаги, чтобы эмитенты получили деньги на развитие. Я считаю, что это хорошая альтернатива, и людей наоборот нужно сюда двигать.

У фондового рынка есть хорошая функция – рыночная оценка стоимости компании. Если это убрать, то как мы будем оценивать стоимость компании и ее ценных бумаг?

Как тогда продлить жизнь инвестора на рынке?

Мы, например, разрабатываем робо-эдвайзера, так как клиентам сложно следить за всей выходящей информацией, поэтому лучше иметь такого советника, ведь никто не обязан следовать его рекомендациям. Новые технологии полезны, так как аккумулируют знания.  

Беседовал Иван Шлыгин







Куда вложить деньги в 2018 году, или криптовалюту не предлагать

Осторожно, мошенники! Какие документы нельзя доверять посторонним

Как выбрать негосударственный пенсионный фонд. Пошаговая инструкция

Загрузка...

Вернуться в список новостей

Комментарии (0)
Оставить комментарий
Отправить
Новые статьи