Далее приводим слова банкира от первого лица
Первый эффект, который мы имеем сегодня от санкций, значительно более мягкий, чем ожидали все эксперты. Рубль укрепился и этому есть свои причины, конечно, это повлияло на инфляцию. То, что мы видим сейчас: снижение ставок и возобновление кредитования экономики – это важнейшие факторы устойчивости.
Сегодня мы находимся в достаточно парадоксальной ситуации, и в общем она кажется не столь драматичной, но, конечно же, санкции привели к тому, что большая часть российской экономики находится под ударом. Под угрозой 15% ВВП, планируется усиление давления из-за отказа от российской нефти к концу 2022 года, а к 2027 году ЕС собирается обходиться без российского газа.
На стороне импорта сложная ситуация: 51% импорта приходится на те страны, которые ввели санкции против РФ. Ключевой наш торговый партнёр ЕС – 32% импортных поставок в страну. И сегодня это затрагивает целый ряд очень чувственных сфер, таких как машинное оборудование, фармацевтика, транспортные средства и так далее.
Как результат, если ничего не делать, то примерно такая траектория российской экономики и возврат её на уровень 2021 года может занять примерно 10 лет.
Российская экономика продемонстрировала необыкновенную гибкость, никто не ожидал, что таким быстрым темпом будет происходить перестройка и адаптация под новую ситуацию.
Происходит это благодаря тому, что российская экономика за последние годы приобрела уникальный опыт и большая её часть – частная инициатива, только она может так быстро перестраивать свой бизнес, в том числе и экспортные потоки.
Мы видим, если говорить о нефти, то 33% поставок в марте-мае уже перенаправлены в страны, которые не ввели санкции против России. Конечно, есть проблемы, связанные с дисконтом и логистикой, но в такой короткий срок перенаправить такие потоки – это очень сложно, но это происходит.
Газ и нефтепродукты сложны с точки зрения логистики, но мы видим, что и здесь будут найдены решения. Этого недостаточно и нам предстоит огромная работа по адаптации экономики. Главный вызов – обеспечить структурную перестройку нашей экономики, что не удавалось сделать многие годы.
За три месяца произошёл радикальный слом макроэкономических предпосылок и условий ведения бизнеса. То, что считалось важнейшим для экономики, а именно экспорт – сегодня становится ядом для экономики. Импорт становится главным лекарством переукрепления рубля и уничтожения национального производства. Всё перевернулось.
Сегодня правительство оказалось в руках бизнеса, потому что резервы заблокированы и нет возможности хоть как-то влиять на образование курса. От того, как бизнес налаживает внешнюю торговлю, будет зависеть макроэкономический баланс, те самые индикаторы, которых бизнес ждёт, а правительство их дать не может.
Сегодня на повестке дня вопрос коллаборации правительства и бизнеса. Хорошая новость заключается в том, что я вижу динамику развития гибкости со стороны правительства. С такой скоростью никогда не принимались законы и решения.
Только стратегия невозможного сегодня может дать нам успех. Россия удивительная страна, которая умудрялась в невозможных ситуациях всегда организовать самую оптимистичную стратегию и добиться результата.
Глава «Газпрома» предсказал конец «Бреттон-Вудской системы – 2»
Про будущее международной финансовой системы рассказал на ПМЭФ председатель правления, заместитель председателя совета директоров «Газпрома» Алексей Миллер.
Приводим от первого лица
Сегодня хотелось бы затонуть ряд очень важных, фундаментальных вещей. Думаю, что вы все согласитесь, что мы все являемся свидетелями очень серьезных тектонических вещей, которые происходят на сырьевых рынках. Самое главное, что меняются экономические парадигмы, в частности происходит затухание «Бреттон-Вудской системы – 2». Мы с вами свидетели ценовых шоков, сверхвысокой волатильности на сырьевых рынках, очень высокой инфляции. Но все это началось не вчера, не сегодня. Здесь нужно сказать огромное спасибо в кавычках зарубежным регуляторам и в частности европейским регуляторам.