Александр Галицкий (на фото), глава одного из наиболее успешных российских венчурных фондов, работающих в Силиконовой долине, рассказал о проблемах венчурной индустрии в России и шансах отечественных стартаперов занять свое место на мировом рынке инноваций.
Рынок инноваций во всем мире давно поделен, Россия вносит свою лепту в этот процесс, создавая отличные решения для конкретных задач. Тем не менее ни один российский стартап ни разу так и не вышел на уровень лидирующей международной компании ни в одной из индустрий, считает Александр Галицкий, глава венчурного фонда Almaz Capital Partners, по версии Forbes занявший четвертое место в рейтинге российских венчурных капиталистов.
Отсутствие таких гигантов на местном рынке мешает искать проблемы отрасли, чтобы произвести в ней революцию. Кроме того, у России маленький внутренний рынок, не сопоставимый, например, с китайским, что также не дает возможности развернуться.
«В финтехе у России есть шанс создать что-то большое, так как есть Сбербанк и Альфа-Банк. Это крупные компании, они сталкиваются с теми же проблемами, с которыми сталкиваются банки во всем мире, например, это проблемы с wealth management, кредитной политикой и т.д. Если они начнут развивать финтех не только изнутри, но и пытаться смотреть наружу, если они изменят философию, по которой необходимо иметь 51% в проекте, и наоборот будут давать возможность банковским сотрудникам выходить из банка и создавать компании, решающие эти проблемы, то у нас могут появиться финтеховские компании», - отметил эксперт.
При этом, по его словам, существуют сложности, связанные с законодательством. В России ко многим инновациям относятся с подозрением, тогда как для развития отрасли нужна поддержка сверху. «Например, на Мальте разрешили гэмблинг. В результате все лучшие предприниматели поехали строить гэмблинговые игровые компании на Мальту», - отмечает Галицкий. Также не последнее место занимает вопрос поиска денег. В нашей стране мало инвесторов, готовых развивать перспективные проекты. «С одной стороны, мы хотим, чтобы в России развивалась венчурная индустрия, с другой, пенсионным фондам запрещено инвестировать в них средства. Хотя если взять структуру основных мировых венчурных фондов, то они построены на деньгах страховых компаний и пенсионных фондов, которые вкладывают в венчурные фонды около 10% капитала», – отмечает Галицкий.
При этом эксперт уверен, что в международном финансовом секторе грядет революция. «Ясно, что вся существующая система устарела, так что рано или поздно мы перейдем к новой. Вопрос, когда это случится, остается открытым. Но на банк давит несколько моментов. Многие живут в защищенной законодательной среде, поэтому пока не чувствуют этого давления. Однако Amazon, Аpple уже сейчас меняют структуру финансов. Стоит одному крупному банку купить какую-то такую компанию, это изменит его работу, снизив многие издержки», - отмечает Галицкий. Удешевление затрат на всевозможные внешние и внутренние операции – это основное направление развития. «Через какое-то время все поменяется очень резко по принципу цепной реакции. Сейчас несколько банков, внедряющих блокчейн, продемонстрируют успех проекта, и тут же все начнут активно использовать технологию», – полагает эксперт.
При этом сам Almaz Capital пока держится в стороне от финтеха. Единственной компанией из финансового сектора, в которую инвестировал фонд, стал сервис по приему платежей по картам с помощью кардридера и смартфона 2can. В портфеле компании самые разные проекты от компаний-разработчиков вроде Acronis до создателя гаджетов для общения с животными на расстоянии Petcube.