Проблема российской экономики заключается в том, что крупные экспортеры живут не по средствам, а вовсе не в значительном ослаблении рубля вследствие падения цен на сырье. Именно этот тезис, прозвучавший сегодня на Международном финансовом симпозиуме в РЭУ имени Г.В. Плеханова, стал предметом дискуссии между спикерами и аудиторией.
Партнер группы реструктуризации бизнеса KPMG в России и СНГ Андрей Митрофанов, который занимается проблемами корпоративного долга, заявил в ходе своего выступления, что крупнейшие российские компании часто оказываются в тяжелом состоянии из-за плохого финансового менеджмента: они растут за счет привлеченных средств и выплачивают при этом дивиденды. Кроме того, их подводит несбалансированная структура кредитного портфеля, валютная часть которого стала существенно дороже после девальвации рубля.
«Компании часто рассчитывают на непрерывный рост. Российских металлургов это привело к большим сложностям в 2009 году, когда у нас было много кейсов по реструктуризации долгов. Эти проблемы были связаны с тем, что металлургические компании вошли в кризис с большими кредитами и инвестиционными проектами, поскольку они активно скупали активы за границей», – отметил финансист.
По его словам, в 2015 году металлурги находятся в куда более благоприятной ситуации, так как они избавились от иностранных активов и снизили уровень долга, номинированного в валюте. В тоже время Митрофанов подчеркнул, что после введения секторальных санкций США И ЕС российские экспортеры вынуждены привлекать финансирование на крайне тяжелых для себя условиях. «В стране стало гораздо меньше зарубежных денег, и российские банки стали играть все большую роль в финансировании предприятий. Стоимость финансирования в России существенно выше, чем на Западе, при этом прибыли, которые генерируют компании, не позволяют им обслуживать эти кредиты. Пример тому «Мечел»,– пояснил Митрофанов.
На вопрос из зала о том, стоит ли сделать курс рубля фиксированным, финансист ответил, что российской экономике, зависимой от сырья и экспорта, девальвация рубля только пошла на пользу. «Почему в России курс нацвалюты был отпущен? Чем слабее рубль – тем лучше для нашей экономики, так как при этом увеличивается прибыль экспортеров (или не так падает, как могла бы упасть). Думаю, что курс рубля не будет зафиксирован, пока экономика остается сырьевой и ориентированной на экспорт», – сказал Митрофанов.
Эта точка зрения вызвала бурную реакцию у аудитории. «Истина где-то посередине. Падение рубля вызвало рост рублевых доходов экспортеров, однако в то же время сделало кредиты дороже, что станет серьезным препятствием для развития производства», – отметил один из преподавателей университета в ходе дискуссии.
Управляющий партнер фонда DreamTeam Investments Александр Бутманов, в свою очередь, затронул не только российские проблемы в экономике, но и глобальные тенденции. Отвечая на вопрос модератора форума о том, когда закончится нынешний кризис, он выразил убежденность, что существует вероятность тотального краха экономики потребления примерно в 2%.
«Два процента вероятности – это очень много. Это вероятнее, чем погибнуть в авиакатастрофе или в автомобильной аварии. Потребление не может расти постоянно, поскольку ресурсы нашей планеты сильно ограничены, она не резиновая. Если рост популяции и потребления продолжится – это чревато катастрофой. После нее мы либо увидим мир таким, как его показывают в фильмах про пост-Апокалипсис, либо в нем восторжествует радикальная экологическая парадигма, основанная на экономии ресурсов», – отметил он.
При этом в отношении кризиса в России Бутманов сказал, что если нефть упадет до $20 за баррель, то через пять лет экономика полностью перестроится и возобновит рост. «И вы получите обратно свои кредитные карты», – иронично добавил финансист.
Профессор экономики в Центрально-Европейском университете в Будапеште Питер Михали, завершавший симпозиум, рассказал аудитории о перспективах посткоммунистических экономик мира. По его оценкам, с 1989 по 2014 годы ВВП России вырос в абсолютном выражении всего на 1,2%. Экономика Венгрии, впрочем, показала аналогичную динамику. По мнению ученого, сохраняющиеся трудности с интеграцией в глобальные рынки свидетельствуют о том, что нынешний кризис будет особенно тяжелым как для России, так и для стран из бывшего соцлагеря.