Обсудили мобилизационную экономику, выступление Путина на Валдае, Илона Маска и многое другое с Олегом Абелевым, начальником аналитического отдела ИК «Риком-траст».
Далее делимся мнением эксперта от первого лица.
Давайте начнем с того, что сравнивать ситуацию перехода от нэпа к индустриализации и к мобилизации экономики с текущей ситуацией не совсем корректно хотя бы потому, что экономический строй немного другой.
Все-таки новая экономическая политика была небольшим пятном на огромном полотне ткани командно-административной системы. Да, были даны определенные послабления некоторым слоям населения, некоторым социальным классам, которые могли заниматься предпринимательством в составе кооператива.
Но все равно даже этот факт не отменял централизованного управления экономикой в те годы. Именно централизованное управление экономикой привело к тому, что стало возможно совершить индустриализацию. Ведь и в моменте перехода от НЭПа к индустриализации, а это конец 1920-х – начало 1930-х годов, никто не говорил о том, что экономика переходит на мобилизационные рельсы. Речь шла об экономической модернизации. Собственно говоря, никаких войн в те годы не было.
Поэтому и сейчас я бы не стал говорить о какой-то мобилизации в плане экономики. Я хотел бы сказать, что текущую экономическую систему, которая существует в России, назвать плановой или административной язык не поворачивается. А мобилизовать экономику по примеру 20-30-х годов можно только в плановой экономике. Резкий разворот экономики возможен только в командно-административном плановом режиме. История не знает примеров резкой мобилизации экономики в мирное время, в рыночном, так сказать, одеянии.
Да, доля расходов на национальную оборону, на социальные нужды, на господдержку может расти. Собственно говоря, она сейчас в России и растет. Вы знаете, что бюджет на 2023 год сверстан с дефицитом почти в 3 трлн рублей. Большой вопрос, удастся ли покрыть этот дефицит с помощью займов Минфина. Возможно, и удастся. Но дело в другом – говоря о мобилизационных мероприятиях, важно понимать, что ситуация, которая сейчас складывается у нас в экономике, предполагает не мобилизацию, а внедрение в ряд экономических процессов элемент контрольных цифр и планов. А разного рода заявления о том, что нужно все национализировать, – просто разговоры за кружкой пива.
Еще одна интересная тема для обсуждения – долгожданная покупка Twitter Илоном Маском. Я недавно прочитал шутку о том, что для того, чтобы разблокировать аккаунт Дональда Трампа, Маску пришлось купить компанию. А если серьезно, то сделки по слияниям и поглощениям, активно проходящие в США, идут параллельно с геополитической повесткой дня. Поверьте мне, покупая Twitter, господин Маск прежде всего думал не о геополитике, а о личной экономической выгоде. Геополитика здесь вторична – при всем уважении к Трампу и его аккаунту.
Также стоит затронуть тему выступления Владимира Путина на Валдае. Больше он, конечно, говорил о политике, а не об экономике. Политические заявления я не хотел бы комментировать – в принципе, они вполне ожидаемые. Интересно прозвучало заявление по поводу изменения либеральной идеологии о том, что нужно ограничивать свободу врагов открытого общества. Но лично с моей точки зрения, ничего феноменально нового сказано не было.
Разморозка активов, дивиденды банков, важность сохранения рыночной экономики – о чем говорила Набиуллина
Эльвира Набиуллина сделала заявление по денежно-кредитной политике и обновленному прогнозу Банка России и ответила на вопросы журналистов.
Совет директоров Банка России принял решение сохранить ключевую ставку на уровне 7,5% годовых – такое решение регулятор принял впервые с марта.
На данный момент темпы роста потребительских цен в целом остаются низкими, благодаря чему инфляция продолжает замедляться. Тем не менее инфляционные ожидания граждан остаются повышенными и даже демонстрируют рост по сравнению с летним периодом. Судя по прогнозу ЦБ, инфляция к концу 2022 года составит 12-13%, снизится до 5-7% в 2023 году и вернется к 4% в 2024 году.