По биографии управляющего директора и одного из основателей компании «Ай Ти Инвест» Владимира Твардовского можно проследить все этапы становления отечественного фондового рынка: расцвет биржевой торговли, зарождение и крах рынка ГКО-ОФЗ, дефолт, тучные нулевые и мировой кризис — эти сложные периоды он прошел со свойственной ему уверенностью в себе и легкой иронией. Накануне 55‑летия Financial One попросил его рассказать о своем жизненном пути.
Владимир, а Cидор Кукуев (псевдоним, под которым Твардовский в свое время писал рыночную аналитику. — Прим. ред.) продолжает публиковать свои записки по рынку?
Нет, он закончил заниматься этим лет 9 тому назад. Как только мне пришлось занять пост первого лица в компании, я свернул эту деятельность по причине отсутствия времени.
Не тянет написать что‑нибудь аналитическое?
Тянет, но приходится себя останавливать. Раньше, в начале 2000‑х, в принципе, все, что появлялось на рынке в качестве обзоров — если это только не была явная словесная мишура, флер, за которым ни‑ чего не стояло, — вызывало интерес у публики. Сейчас на каждом сайте и форуме о трейдинге можно найти много материалов, но в основном, конечно, это лишь заметки о паре рубль-доллар и фьючерсе на индекс РТС.
Соревноваться же с людьми, которые имеют глубокие познания, основанные на понимании фундаментальных процессов, происходящих, скажем, внутри какой‑нибудь публичной компании, практически бесполезно.
Если не ошибаюсь, вы не только писали обзоры по рынку, но и занимались обучением.
Да, было такое. У нас было несколько очных курсов по торговле ценными бумагами, по работе на срочном рынке, которые читались мною и моими коллегами. Один из этих курсов после был оформлен в виде книги
«Теория и практика торговли на фондовом рынке». Последний раз в 2011 году я подготовил курс вебинаров «Время торговать опционами» для новичков, чтобы их познакомить с этими интересными инструментами.
Помимо этого периодически приходится выступать перед аудиторией с рассказами о разных инструментах рынка.
Отдушина?
Да, с одной стороны, надо иногда выпустить пар, сбросить «груз», перестать думать о какой‑то проблеме, а с другой – подзарядиться энергией аудитории, получить обратную связь. Впрочем, так выходит не всегда: опционы — тема ведь довольно специфическая.
Да к тому же вы и стейтмент публике не показываете…
Стейтменты не особо нужны. Мы сейчас в рамках «Ай Ти Инвеста» занимаемся арбитражной и маркетмейкерской торговлей на собственные средства, и все финансовые результаты конвертированы в рост капитализации компании, увеличение ее прибыльности. Например, в прошлом году наш арбитражный деск показал очень хорошую доходность. Был существенно наращен капитал — в том числе и за счет наших собственных операций, — как бы мне и не было печально об этом говорить.
Почему расстраиваетесь?
В брокерском бизнесе такого быть не должно. Беда в том, что нынешний ландшафт на российском фондовом рынке позволяет прокормиться либо очень крупным компаниям за счет большой и диверсифицированной клиентской базы, либо полугосударственным брокерам, которые пользуются своим привилегированным положением на рынке. Все остальные борются за свое существование.
Мы же арбитражем занимаемся не от хорошей жизни. Мы бы с радостью только обслуживали клиентов, и надеемся, что рано или поздно так оно и будет. В прошлом году совет директоров уже поставил перед нами задачу убрать собственные операции с баланса компании и вывести их в отдельную структуру. В этом случае собственные торговые операции компании «Ай Ти Инвест» будут выделены в отдельную структуру, она будет наделена капиталом, иметь доступ к рынку и на радость акционерам станет сама себе зарабатывать деньги.
Как будет выглядеть новая независимая бизнес-структура?
Она будет выглядеть в виде ячейки зонтичного фонда, с соответствующей обвязкой в виде управляющей компании, кастодиана, инвестконсультанта, аудиторов и прочее, прочее. Структура довольно сложная, но, по крайней мере, уже все понятно. Будет отдельный блок buy side со своим капиталом, сотрудниками, балансом и возможностями.
С вашими планами разобрались. А куда тогда податься малым брокерам, которые пока не нашли дополнительных источников для заработка?
Они могут заняться оказанием различных околорыночных услуг. Не говоря о банальном инвестиционном консультировании, можно много чего придумать. Например, использование инструментов фондового рынка в различных торговых сделках, не только экспортно-импортных, где возникают валютные риски, но и других. Возможностей много. Посмотрите на многие розничные банки. Кроме чисто банковских услуг они начинают оказывать своим клиентам услуги околобанковские. Они используют новые технологии для формирования и удовлетворения нового спроса со стороны клиентов.
С одной стороны, банки начинают оказывать услуги, которые раньше оказывали телекомы, а телекомы, в свою очередь, начинают оказывать чисто банковские услуги.
C другой стороны, банки внедряются в инвестиционное поле, предлагают клиентам страховые продукты и даже сопровождение и трансферты. Найти клиента не на своем сайте, а там, где он ходит, и предложить ему именно тот продукт, который наиболее полно соответствует его профилю, — вот будущий мейнстрим. Брокеры его тоже не избегут. В принципе, на нашем рынке появятся места для малых игроков, когда, во‑первых, придет большое число новых клиентов, во‑вторых, у этих клиентов будет достаточно диверсифицированное поле желаний, которые можно удовлетворять. Но это не завтра. Сейчас же ту клиентскую базу, которая есть в России, могут обслужить два-три брокера.
Даже несмотря на то, что число участников фондового рынка все‑таки растет?
В основном люди идут на валютный рынок, но все равно клиентская база для брокерского бизнеса в России очень мала. Проникновение биржевого рынка чрезвычайно низкое. Люди с улицы, к сожалению, не знают, что такое биржа, или же при этом слове вспоминают о форексе.
А как же спекулянты?
Спекулянт не должен являться фундаментом для построения брокерского бизнеса. Он может быть смазкой для рынка, а основой его являются все‑таки долгосрочные инвесторы, которые приходят на биржу, чтобы приумножить средства и обогнать инфляцию, чтобы подготовить себя к пенсии.
Так устроен рынок во всем мире. У нас даже текущие клиенты не в состоянии прокормить брокеров — их мало и они платят низкие комиссии. К тому же у спекулянтов есть другой большой недостаток — короткий срок жизни. К сожалению, активные трейдеры приходят и уходят. В нашей компании они задерживаются в среднем на 11–13 месяцев. Если бы они оставались и играли «в долгую», то сейчас бы на российском рынке работало около двух миллионов инвесторов. Но проблема‑то в том, что все мечтают по‑быстрому стать «Соросами». Это реальная проблема. Фондовый рынок — это не поле чудес, как кажется многим из тех, кто на него приходил.
Этим мы и отличаемся от США — коротким горизонтом мышления?
Да, там принципиально другая инвестиционная культура, которая уходит корнями в конец 19 века. Даже несмотря на все кризисы, которые переживала американская экономика, у гражданина Соединенных Штатов все равно было представление, что если он всю жизнь будет вкладываться в правильные акции, то к выходу на пенсию у него накопится капитал в ценных бумагах, который позволит ему безбедно жить и даже что‑то оставить детям.
В России через революцию 1917 года прошли не биржи, а банки, поэтому слово «вклад» для наших людей понятно. Об акциях же заговорили лишь в 90‑е годы прошлого века. Спрашивается — вот люди, которые, скажем, в 1998 году были еще маленькими, — они когда сами начнут инвестировать? Я думаю, что в 2018 году или даже позже. С мыслью о необходимости долгосрочных вложений надо воспитаться и прожить, а для этого нужно время.
А сами вы когда познакомились с фондовым рынком?
...Продолжение интервью, в котором Владимир рассказывает о том, почему перешел в мир финансов, несмотря на возможность продолжить научную карьеру за рубежом, как помогал импортерам строить пирамиды из аккредитивов и что с этими пирамидами стало в августе 1998-го, а также о том, почему решил открыть брокерскую компанию, читайте в новом номере журнала Financial One, который выйдет в свет на следующей неделе...