Майк Хирн, один из отцов-основателей виртуальной валюты биткойн, заявил в довольно пространном и весьма драматичном сообщении в сети, что эксперимент провалился.
Капитализация рынка биткойн в последние месяцы превышала $5 млрд, объем сделок – $180 млн в день, общий объем в обращении – примерно 15 млн, размер содержащего валюту (в виде электронных записей) реестра – около 50 гб.
«Провалился» эксперимент из-за неспособности сообщества по какой-то маловразумительной причине поднять некий лимит, заложенный в операционную систему биткойн, из-за чего два китайских «майнера» (эмитента криптовалюты; а эмитентами может быть любой человек, располагающий достаточной вычислительной мощностью) захватили более половины рынка, чего не должно было случиться в ином случае ни при каких обстоятельствах.
Более того, два оснащенных огромной вычислительной мощностью китайца, сетует Хирн, сидят за Великим китайским файерволлом, что страшно замедляет всю работу криптовалютной сети.
Попытки Хирна запустить альтернативную систему провалило консервативное сообщество криптовалютчиков-майнеров, не желавшее перемен. Самая выдающаяся, фантастическая горизонтальная структура столкнулась с несовершенством человеческой природы. Особенно той, что отгородила себя от остальных новой Великой стеной. Кстати, прежняя, говорят, не была особенно эффективна.
Так что, это конец биткойна?
Если отбросить горькие эмоции Хирна, то, если это и прикончит биткойн (что, возможно, совсем не однозначно), то саму технологию – ни за что.
Биткойн, являясь логичным продолжением и развитием так называемых фиатных (необеспеченных материально) валют, возможно, самая интересная на сегодня, но всего лишь одна, и довольно узкая, пионерная реализация куда более универсальной технологии, называемой блокчейн.
Последняя является, по сути, распределенной базой данных, позволяющей без участия централизованного контролера и депозитария осуществлять самые разнообразные транзакции, от заключения браков до продажи квартир без регистрации сделки в едином реестре.
При этом абсолютная прозрачность базы исключает любой обман: история каждого объекта, помещенного в нее, отслеживается любым участником системы от самого его появления, при том, что сами участники (владельцы) предмета остаются анонимными для посторонних. Совершенная горизонтальная структура, элемент общества без так называемого «естественного» насилия, к которому прибегает государство для регулирования отношений между людьми.
Если блокчейн, виртуальная распределенная «бухгалтерская книга», была создана изначально как раз для эмиссии и поддержания биткойна, то стартап «Эфериум» с его броузером «Мист» переносит блокчейн в повседневную жизнь людей.
Разделы в новом броузере, классифицированные по блокам «Собственность», «Люди», «Заключите сделку» и так далее, носят не очень привычные названия: «Новые сообщества», «Общие деньги», «Информация – сила». Внутри блоков есть такие пункты меню: «Прозрачная демократия», «Краудфандер без доверия», «Страхование от природных событий». Охват примерно понятен. Одновременно, более узкий по своей направленности стартап R3 занимается созданием блокчейна для крупнейших глобальных банков.
По словам банкиров, применение блокчейн при, например, сделках со структурными продуктами понижает стоимость последних на 0,5 процентного пункта, что в условиях низких ставок (в долларе и евро) – совсем не пренебрегаемая величина.
У блокчейн существует ряд перспективных реализаций, которые делают технологию по-настоящему прорывной.
Это, прежде всего, smart contracts, «умные контракты». Поскольку особенностью блокчейн является снятие ряда рисков контрагента – ликвидируется потребность в посредниках, отдельных регуляторах и в тех, кто обеспечивает исполняемость сделок: например, клиринговых центрах, депозитариях, держателях залогов и т.п. – то замечательным свойством «умных контрактов» является то, что они на 100% исполняемы, поскольку осуществляются только с верифицированными активами и автоматически.
В контрактные отношения могут вступать люди, которые никогда не встречались, не имеют друг о друге никакого представления или свидетельств о своей надежности от третьих лиц. Надо ли говорить, что это радикально понижает стоимость входа в бизнес и его ведения?
Дешевые и быстрые сделки с помощью блокчейн, кроме всего прочего, позволяют включиться в бизнес и в инвестирование большим массам людей с малыми и очень малыми средствами. Такие технологии, в частности, делают доступными микроплатежи объемом в несколько центов (и, потенциально, долей центов).
Реализация технологии digital assets, соединяющая «интернет вещи» с финансами и, шире, «умными контрактами», позволяет создать «интернет всего» (internet of everything), когда, например, недвижимость и автомобили передаются из рук в руки людьми, которые никогда и нигде не встречаются. Возможности на этом не исчерпываются.
Технология блокчейн фактически является тем самым ключом к децентрализованной экономике, о которой все более говорится в связи с новой энергетикой, «закольцованной (безотходной) экономикой» и трехмерной печатью.
Сочетание распределенной экономики и распределенных финансов решают, как минимум, в значительной степени проблемы, связанные с высвобождением людей из процесса промышленного производства вследствие роста роботизации, путем понижения для них планки входа в мир предпринимательства.
Ряд стран выглядят наиболее готовыми уже сейчас к такому переходу. Несмотря на то, что Филиппины первыми официально заявили о своей готовности поместить национальную валюту песо в блокчейн, на наш взгляд, к новой экономике комплексно готовы страны с наиболее развитым горизонтальным обществом, такие как, например, Швейцария – конфедерация с элементами прямой демократии, США – почти конфедерация с обилием горизонтальных общественных структур, Швеция и вообще Скандинавия – «коммунальные» страны, активно продвигающие новую энергетику, и другие. В весьма малой степени пока готов к этому переходу Китай, но это лишь временно – скорость его социального развития будет нарастать.
Сложности на пути перехода к новой экономической и социальной парадигме совершенно неизбежны. Человек и его привычки – важнейшая из них. Но новая экономика призвана изменить и тех людей, что пока не очень готовы меняться сами.